Книга Невозможная, страница 16 – Аннa Шнайдер

Маги начали посылать в сторону огненной ловушки заклинание за заклинанием, каждое из которых огненные стены с охотой пропускали внутрь, но не выпускали обратно — Берту следовало превращать всё в огонь, чтобы отправить огонь к огню и заставить его впитаться в пламенные стены, раз уж нет возможности запульнуть ответным ударом по собравшимся магам. А так как заклинания были совмещёнными, то есть, сотворёнными сразу всеми участниками испытания, сделать это было непросто.

Первой в Берта полетела сеть, и Арманиус хмыкнул — видимо, среди собравшихся магов всё-таки оказались те, которые совсем не желали ему победы. Даже наоборот — хотели опозорить. Связать сетью соискателя на звание архимагистра — неслыханное унижение!

Берт, скрипнув зубами и поморщившись от досады, всё-таки превратил сеть в огонь и заставил его стать частью стены. Он знал, что смог бы и отправить сеть обратно, связав нахалов — вот был бы сюрприз! Но император за подобные шутки по голове не погладит.

Ещё одна сеть, и ещё. А потом громкий голос Арена:

— Напоминаю вам, дорогие архимагистры, что не стоит злоупотреблять моим терпением.

Император замолчал, но слов и не требовалось — Берт, как и все присутствующие на испытаниях, помнил, что нельзя использовать одно и то же заклинание больше трёх раз. Даже два раза были редкостью, а уж три! «Дорогие архимагистры» совсем обнаглели.

Несколько секунд передышки — и Берта попытались залить водой, но как-то не в полную силу. Арманиус сразу насторожился, и не зря — водный поток сотворили только восемь магов, остальные восемь создали огненный.

— У вас плохо с теорией, дорогие архимагистры, — насмешливо сказал Берт, зная, что его услышат, и уничтожил оба заклинания. — Иначе вы помнили бы, что противоположная энергия стихий, совмещённая в один поток, самоуничтожается.

Среди зрителей кто-то расхохотался, и Арманиус с неожиданным весельем узнал голос — это был Гровер Грэдаар, один из преподавателей боевой магии в его университете.

— Так их, Берт! — крикнул Гровер следом. — Чтобы не задирали свои длинные носы!..

Грэдаар архимагистров, судя по всему, разозлил — потому что после этого замечания они начали швыряться заклинаниями без передышки, явно стараясь сломить Арманиуса если не силой, то скоростью. Но вот уж чем нельзя было сломить охранителя, хоть и бывшего, так это скоростью.

И Берт всё отбил — хотя это было сложно, даже вспотел весь. Пот тёк и по лбу, и по щекам, и по подбородку, и Арманиус ощущал, что рубашка прилипла к мокрой спине.

Ему становилось жарко — он ощущал, что энергетический контур в семь магоктав, оставленный Берту в наследство после посещения Геенны, на пределе. И несмотря на то, что сила из амулетов, горячих, как пепел на плато во время активации огненной стены, текла в энергетический контур Арманиуса непрерывным потоком, он чувствовал, что тот всё равно на грани слома.

Слишком высока была нагрузка. Что ж, значит, Берт прав — охранителем ему больше никогда не быть.

— Пять минут! — завопил распорядитель, и Арманиус, сдержав стон облегчения, отбил последнее заклинание — поток жаркого воздуха отправился в огонь, заставив его вспыхнуть, — а затем шагнул вперёд.

Яркий, даже почти ослепительный свет.

Полнейшие молчание зрителей.

А затем…

— А-а-а-а! — заревело человеческое море — то ли разочарованно, то ли восторженно, — но даже в этом невыносимом гуле, от которого хотелось зажать уши, Берт явственно услышал счастливый визг Эн и насмешливый голос императора: