Книга Жизнь на двоих, страница 191 – Аннa Шнайдер

Хорошего – да, заслуживает, но у Виктории возникало ощущение, что Арен относится к их аньян не просто хорошо, а… очень-очень хорошо. Трепетно. С огромной теплотой. В общем, с любовью.

Может, ей все-таки кажется? Или нет? Как же это трудно – анализировать чувства! И свои-то нелегко, а чужие особенно. Конечно, Арен хорошо относится к Софии, а она – к нему, но есть ли там что-то большее? То, о чем мечтает сама Виктория?..

«Я хочу, чтобы муж меня любил». Силван, когда они обсуждали ее список желаний, попросил отметить, какие из них исполнимы, а какие нет, и если желание исполнимо, то что можно сделать, чтобы оно исполнилось?

Обсудить все они не успели, застопорившись на первом и самом главном желании.

— Что можно сделать, чтобы оно исполнилось? – удивленно повторила Виктория, глядя на надпись на листке бумаги. – А… кому? Мне?

— Да, вам.

«Я хочу, чтобы муж меня любил».

Она нахмурилась, перекатывая в сознании эту мысль, и молчала. И когда прошла минута, Силван мягко сказал:

— Я не прошу у вас план действий. Ответьте на вопрос – можете ли вы что-то сделать, чтобы муж вас любил? Или нет?

— Наверное, могу, – вздохнула Виктория, поднимая голову и глядя на психотерапевта с неуверенностью. – Вести себя нормально, не скандалить, проявлять сочувствие и понимание. Правда, мне кажется, что к любви это не имеет отношения.

— Почему вы так думаете?

— Ну любовь ведь не растение, которое можно просто полить смесью удобрений – и оно вырастет. Если в земле пусто, сколько ее ни поливай – ничего не получится. Арен… – Она на секунду вспыхнула одновременно от стыда и смущения, а после призналась: – Да, он не любит меня. Вы можете не верить, считать это блажью, но это правда. И мне кажется, даже если я стану сейчас идеальной женой, это не поможет, потому что любить не заставишь.

— Я не считаю блажью ничего из того, что вы говорите, – произнес Силван спокойно. – Я работаю с вами и с тем, что вас тревожит, что важно для вас. Если для вас что-то важно – мы будем это обсуждать и рассматривать. Даже в том случае… – Он ободряюще улыбнулся ей. – Если это чувства императора.

Силван верно понял – Виктории было безумно сложно и неловко говорить обо всем, что касалось Арена, но именно он волновал ее больше всего, на нем замыкались все ее рассуждения и проблемы.

И сейчас, вспоминая этот разговор, Виктория грустно улыбалась, понимая – вполне возможно, то, о чем она мечтала и мечтает, получила София. А возможно, она ошибается, и ничего там нет, кроме обычной теплой симпатии, а в ней говорит застарелая ревность. Но как это проверить? Спрашивать Арена бесполезно и даже вредно, а София… она ведь все равно не скажет правду.

Остается только наблюдать.

Второй отчет Арчибальда, в котором он писал, что вызвал подкрепление из-за огромного количества демонов и человеческих потерь, поступил около семи утра, когда Арен уже перебирал документы в своем кабинете. Ситуация действительно оказалась тяжелой, и Арчи сообщил, что отправляется к Геенне сам, а связь с императором станет поддерживать его заместитель. Это было разумно, брат всегда делал так, чтобы минимизировать потери – его сила и умения на поле боя были незаменимы, – но у Арена каждый раз после подобных отчетов что-то саднило в груди, скреблось, как котенок в закрытую дверь. Наверное, страх.