Книга Сюрприз в сугробе. Замуж за Морозко, страница 115 – Ника Мур

— Иван! — скомандовала Мария. — Займи пост номер один. Режим «Фейс-контроль».

Из дверей вышел Ваня. Наш медведь.

За последние дни он стал еще белее и, кажется, шире в плечах. На шее у него красовалась широкая красная лента, завязанная пышным бантом — Мария назвала это «корпоративным галстуком». Иван встал на задние лапы у входа, скрестил передние на груди и окинул толпу таким взглядом, что первые ряды синхронно икнули и сделали шаг назад.

— Так, граждане потребители! — Мария вышла вперед, встав на специально сколоченную трибуну. Голос её, усиленный магией (или просто командирской привычкой), перекрыл гул толпы. — Приветствую вас на открытии первого в регионе Торгово-Развлекательного Комплекса! Мы не просто продаем еду. Мы продаем образ жизни! Социальная ответственность, витаминизация населения и рабочие места — вот наши приоритеты!

Мужики зачесали затылки. Бабы зашептались. Слова «витаминизация» они не знали, но звучало это богато, почти как «коронация».

— А теперь, — Мария достала из кармана ножницы, — торжественный момент! Иван, ленту!

Медведь осторожно, стараясь не порвать когтями, натянул красную ленточку перед входом. Мария перерезала её под дружное «Ах!» толпы.

— Добро пожаловать в лето! — провозгласила она. — И помните: вход с топорами, вилами и плохим настроением запрещен! Наш сотрудник службы безопасности, — она кивнула на Ваню, — проинструктирован на предмет откусывания лишнего у нарушителей.

Толпа, сначала робко, а потом всё смелее, хлынула к дверям.

Я увидела, как Кузьма-плотник попытался просочиться внутрь, пряча за спиной топор за поясом. Иван-медведь деликатно, двумя когтями, выудил топор, повесил его на сучок ближайшей березы и выдал Кузьме деревянный жетончик. «Гардероб», — пояснила Мария. Кузьма, бледный и счастливый, что остался с рукой, юркнул внутрь.

Я побежала на свое рабочее место — за «кассовую зону».

Внутри ТЦ было… волшебно. Правда. Тепло, влажно, пахло так сладко, что кружилась голова. Прилавки были сделаны из цельных глыб льда, подсвеченных изнутри золотистыми огоньками. На них, как драгоценности в царской сокровищнице, лежали ягоды. Крупные, алые, глянцевые. Рядом стояли пучки сочного зеленого лука, горшочки с рассадой (для тех, кто купил франшизу) и баночки с джемом, которые мы с матушкой варили всю ночь.

— Подходи, не скупись! — голосила Маманя из «Дегустационной зоны». Она стояла за отдельным столом, наряженная в новый, немыслимо яркий сарафан. — Наливочка клубничная! Эликсир для привлечения богатых зятьев! Выпил стопку — и женихи сами в окна лезут!

Бабы, услышав про женихов, тут же образовали очередь.

Ко мне подошла тетка Дарья, местная сплетница. Глаза у неё бегали, но рука уже тянулась к корзинке с отборной ягодой.

— Слышь, Настасья… А почем опиум для народа? — она повторила фразу, которую, видимо, услышала от Марии, не понимая смысла. — Дорого, поди? Может, скинешь по-соседски? Я тебе яичек десяток принесу…

Я выпрямилась. Мария учила меня: «В бизнесе нет друзей, есть партнеры и клиенты».

— Цена фиксированная, Дарья Петровна. Три гривны за лукошко. Яйца мы не принимаем, у нас монетизация активов. Дисконт только для держателей карт лояльности!

— Чего держателей? — Дарья вытаращила глаза.

— Жетонов берестяных, — пояснила я, протягивая руку к блюду для денег. — Их выдает генеральный директор за особые заслуги. У вас нет? Тогда полная стоимость.