Книга Иномирная акушерка ее величества, страница 138 – Юлия Зимина

Я выматывалась так, что под вечер ноги отказывались держать тело, но останавливаться было нельзя — послеоперационный период самый коварный. Можно вытащить пациентку с того света, а потом потерять из-за банального воспаления или неправильно завязанного шва.

В моей памяти до сих пор ярко стояла Мирия в ту ночь, когда я кратко, на ходу объяснила ей, что именно собираюсь делать. Лицо девушки сначала вытянулось, а потом покрылось пугающей бледностью. Она широко распахнула глаза, на секунду замерла, словно не понимая услышанного, потом сглотнула, тряхнула головой и… кивнула. Молча. Без вопросов. Соглашаясь помогать.

Я тогда мысленно ей зааплодировала. Не каждый воин держится так в первом бою, как держалась эта тихая девчонка в наряде служанки.

Особенно тяжко ей пришлось, когда я начала извлекать малыша. Краем глаза заметила, как ее руки задрожали, как из горла рвется судорожный вдох. Но я тут же бросила на нее жесткий, прицельный взгляд, и Мирия мгновенно собралась. Подхватила надрывно кричащую кроху, уверенно занимаясь им. А я устремила всё свое внимание на спящую Оленсию.

Тогда меня сильно беспокоило отсутствие антибиотиков. По-хорошему их нужно было ввести еще до операции, чтобы избежать заражения. Но и эту проблему удалось решить — в зельеварном сундучке Дрейка обнаружилась густая, темно-янтарная настойка, которую местные знахари использовали для предотвращения воспаления и гниения. Я давала ее Оленсии трижды в день, перестраховываясь и боясь даже думать о худшем сценарии.

С того страшного утра Мирия будто прилипла ко мне. Везде бегала хвостиком, заваливая вопросами, умоляя рассказать и научить. Леди Виария тоже проявляла настойчивое любопытство — то и дело подсаживалась ко мне с расспросами, прижимая руки к груди и судорожно вздыхая.

Помню, как в ту ночь она ждала меня.

Стоило только переступить порог, как леди Виария тут же кинулась ко мне, а вслед за ней появился и сам император, который, как оказалось, не сомкнул глаз, ожидая вестей. Меня окружили в одно мгновение.

— Лиза? Ну как? — задыхаясь от волнения, спросила леди Виария.

— Как… всё прошло? — Олден стоял рядом — взволнованный, с покрасневшими глазами.

— Ребенок спасен, — устало улыбнулась я. — Молодая мама тоже жива. Пока всё хорошо.

Что тут началось!

Леди Виария ахнула, прижала ладони ко рту, а потом рванула ко мне и крепко обняла, шепча что-то про благодарность небесам. Император постоял пару секунд, словно не веря услышанному. А потом тяжело, по-мужски выдохнул, прикрыл глаза и низко, благодарно склонил передо мной голову — передо мной, обычной служанкой.

— Лиза, — глухо произнес он, — ты… не представляешь, что только что сделала.

Я тогда смутилась до кончиков ушей и поспешила отмахнуться. Но эти взгляды… Эти взгляды всё последующее время не давали мне покоя.

Леди Виария теперь смотрела на меня с каким-то благоговением, словно я была живым воплощением чуда. Мирия бегала следом, как преданный щенок. А мои бравые стражи, до которых уже долетели слухи (поверхностные, без подробностей, но и этого хватило!), и вовсе склоняли передо мной головы так, словно я была членом правящей семьи.

И это меня тревожило. Сильно тревожило.

Только слепой бы не заметил, что я стала для них кем-то намного большим, чем простая личная служанка императрицы. А Аэлина… Аэлина пока ничего не знала. И я очень хотела, чтобы она и дальше оставалась в неведении. Не время. Ни к чему ей сейчас переживания и вопросы. Кто знает, как она отреагирует на смерть Нерии и чужую душу в ее теле. Это могло навредить и ей, и ребенку.