Книга Лунный камень Сатапура, страница 84 – Суджата Масси

— Мне пора. — Мирабаи кивнула и пошла через комнату к балкону.

— А почему не через дверь? — удивилась Первин. — Это безопаснее, чем лазать по стене!

— Меня увидят стражники в коридоре, — сказала Мирабаи, напомнив Первин, сколько вокруг скрытых соглядатаев. — Кстати, моя спальня находится прямо под этой комнатой. На случай, если вам понадобится повидаться.

Первин ни при каких обстоятельствах не полезла бы по фасаду дворца ради того, чтобы побеседовать с махарани. Мирабаи подошла к перилам, а Первин осталась в волнении стоять на балконе; она включила фонарь, чтобы махарани видела, куда ступает.

— Нет! — сквозь зубы произнесла Мирабаи. — Кто угодно сможет увидеть снизу этот луч!

Похоже, за княгиней следили постоянно. Первин тут же погасила фонарик.

— Да хранит вас Бог.

Мирабаи свесила ноги и, крепко цепляясь за углубления в сыром мраморе, начала перебирать руками. В последний раз подняла лицо. Прошипела:

— За меня не беспокойтесь. Беспокойтесь за моего сына!

А потом исчезла, и через миг внизу что-то мягко стукнуло.

— Все в порядке? — прошептала Первин, свесившись вниз, — ответа она ждала с нетерпением. Стук отозвался в ее собственном теле.

— Да! — раздался снизу яростный шепот. — Только никому не рассказывайте, как я пришла, особенно детям. А то ведь захотят попробовать!

Первин посмотрела на наручные часики. Неужели еще только шесть утра?

Ничего подобного. Накануне вечером она забыла их завести. Комнату заливало утреннее солнце, и большие часы в углу показывали четверть десятого.

Просыпалась она медленно, изнуренная долгим днем пути и прерывистым сном после полуночного визита махарани. Никто ей не говорил, что завтрак подают в определенное время, но у Первин возникло ужасное чувство, что она его пропустила. А заодно, видимо, пропустила и возможность посмотреть, как мистер Басу учит детей, — то самое, ради чего приехала.

Шторы были раздернуты, по полу стлалась широкая полоса солнечного света. В большие плиты бежевого мрамора были вкраплены ромбики из черного оникса. Пол был современный и сильно отличался от мраморных плиток с замысловатой мозаикой из полудрагоценных камней в парадной столовой вдовствующей махарани. Несмотря на сумрак и запах плесени, старый дворец, похожий на ювелирное украшение, бередил воображение Первин: в детстве она много грезила о власти и величии правящих семейств Индии. Знакомство с Путлабаи и Мирабаи показало ей, какие ограничения накладывались на женщин из семей правителей независимых княжеств в отсутствие махараджи — когда некому было звать гостей на празднества и вывозить женщин за пределы дворца.

На прикроватном столике дожидались розовая чашка с тепловатым чаем и три печенья. Горничная наполнила ванну, но и там вода успела остыть. По ее температуре Первин догадалась, что Читра побывала здесь час с лишним назад.

Первин быстро искупалась, надела светло-зеленое сари, расшитое вьющимися лозами и розовыми камелиями, — едва ли не самое элегантное из всех, которые упаковала Гюльназ. От сари пахло сыростью — похоже, вода все же просочилась в саквояж по ходу долгого путешествия под дождем. Но нынче светило солнце, и, хотя нужно было спешить вниз, Первин все же вышла на балкон, чтобы быстренько осмотреться.