Книга Лунный камень Сатапура, страница 102 – Суджата Масси

Читра заговорила торопливо — видимо, опасаясь гнева Первин:

— Вашу блузку, нижнее белье и вчерашнюю ночную сорочку тоже стирают. А гара-сари тоже отправить в стирку? Оно не грязное, но его можно слегка погладить.

Первин сейчас было совсем не до одежды.

— Нет, от частых стирок ткань выцветает. Скажите дхоби, что я высоко оценила, как он отстирал одежду, попорченную под дождем. Я потом оставлю ему бакшиш.

Читра разгладила ладонью поверхность сложенного гара-сари и робко улыбнулась.

— Мемсагиб, у меня для вас хорошие новости. Пришли носильщики с вашим паланкином.

Первин прикрыла глаза и беззвучно прошептала благодарственную молитву. У нее не было привычки ходить на официальные богослужения, но сейчас появление столь необходимого транспорта показалось ей даром провидения.

— Отличные новости. А паланкин починили?

Читра кивнула.

— Его оставили у дома привратника. Носильщики будут ждать сколько понадобится, а потом доставят вас домой.

Первин представила себе, каково им пришлось ночью в лесу, под дождем.

— Бедняги, наверное, страшно голодны. И очень устали!

Служанка бросила на нее недоверчивый взгляд — и Первин вспомнились слова Адитьи, удивленного ее заботливостью. Видимо, здесь редко заговаривали о тяготах жизни слуг.

— Да, они устали, но их уже накормили.

Первин тут же охватила паника.

— С какой кухни?

Читра озадаченно пояснила:

— У нас, слуг, своя кухня. Хижина рядом со старым дворцом. Мы же не той касты, что князья. Собственно, мы принадлежим к самым разным кастам. Нам положено есть свою пищу и использовать свою посуду.

— А остатки с главных кухонь вам отдают?

— Никогда. Для нас это слишком дорогая пища. Ее передают в храм рядом с дворцом, для прихожан. — Читра мягко затворила дверцу альмиры, заперла. Потом вложила ключ Первин в руку. Этим жестом она как бы пыталась ее подбодрить — и у Первин появились силы на то, чтобы действовать дальше.

Взяв ключ, Первин кивнула и продолжила:

— У меня есть еще вопрос. Я знаю, что на прошлой неделе у махараджи болел живот. Сегодня он бегал вдоль самого края дворцовой крыши. Вы не припомните, он когда-то болел, подвергался опасности?

Читра провела языком по губам, как будто они внезапно пересохли.

— Не знаю.

— Вы видите его каждый день. Что-то вспоминается?

— Дети часто падают. И болеют. За всем не уследишь. — Она повесила голову. — Простите.

— Неважно. — Первин не могла решить, запирается Читра или говорит правду. Нечестно будет навязывать свои взгляды девушке, которую явно научили угождать гостям.

Читра робко взглянула на Первин и сказала:

— Мемсагиб, носильщики спрашивают, долго ли вы здесь еще задержитесь.

Вопрос непростой. Первин хотела, чтобы носильщики подготовились к скорейшему отбытию, при этом следовало хоть в общих чертах разобраться, пытались ее отравить или нет.

— Если они готовы, я предпочла бы двинуться в путь в середине дня.

Лицо у Читры вытянулось.

— Так скоро?

Первин удивилась: почему Читра хочет, чтобы она задержалась во дворце?

— Я закончила наблюдения за махараджей, но мне еще нужно поговорить с махарани.

Читра слегка успокоилась.

— Очень хорошо. Раджмата просила вас прийти к ней в два часа. Потом будет торжественный обед в честь приезда князя Сварупа! Подадут наилучшее карри из баранины и рыбу-масала из нашей реки. Его любимые блюда.