Онлайн книга «Брат мужа. Сожженная в его любви»
|
Я корил себя, что в идеале надо съехжать в город на равнину, но безумное количество работы снова и снова откидывало это процесс. Я пришел в тот день чуть позже. Она сильно плакала… Я услышал ее слезы еще на первом этаже. Бросился наверх и… И дальше начался кошмар. Она кричала на меня, обвиняла в изменах и жестокости, говорила, что она гаснет в горах, что ей нужно… на волю… Я пытался поймать Сабину. Это видно по одному из ракурсов камеры, записи которых я до сих пор храню. Потому что в определенный момент именно они стали главным моим аргументом в войне с ее родными… Но камеры мне не нужны для того, чтобы помнить происходившее дальше до мгновения… Она летит вниз. Глаза широко открыты. Ни слова, ни звука… Удар, крик прислуги внизу. Я несусь к ней… Вижу не только кровь под ребрами, но и намокающее от какой-то жижы платье… Это воды отошли, оказывается… Чертыхаюсь. От падения не только травма, но и преждевременные роды, экстренные… Сабина нетранспортабельна, это очевидно. Повитухи, которые в таких ситуациях почти беполезны, созвоны с республиканскими докторами, попытка вызвать вертолет с командой экстренной медицины, но вертолетом нельзя- непогода. Они едут на машинах и… приезжают, когда она уже умирает. Родив девочка, завещав мне назвать ее Разият и пожелав быть счастливым… Когда она уходила, ее взгляд просветлел… Как всегда после приступов. Это было… Это был мой ад. Да, ад. И я больше не боялся его. Потому что я прошел через такое, через какое не проходит смертный. Если и можно было представить человека, искупанного в пекле преисподней, он всякий раз смотрел на меня из зеркала… Жили бы мы не в горах… Не были бы окружены пересудами и сплетнями… А вдруг именно жизнь в горах так на нее повлияла… ну, не было же у нее таких проблем раньше… А может и были, но родственники трусливо молчали, начав обвинять меня… Что это я виноват, спровоцировал, увез и не сберег… На долгие годы моим самым большим страхом стала судьба Рази. Я истово боялся, что у нее тоже проявится эта болезнь… И потому старался минимизировать любой негатив… Лилиана, Зулайхат… Ей нужна была женская рука. Те, кто не стал бы болтать лишнего в случае чего… Чтобы мою Рази не забрали от меня, чтобы мы могли преодолевать эти жуткие вспышки вместе. Теперь я готов. Теперь я знаю, как действовать! Если только это случится, я тут же соберу команду экспертов и они помогут ей, но инкогнито! Но никто не заберет у меня мою дочь… А еще родственники жены… Они, разумеется, категорически отвергли любую вероятность того, что Сабина была больной и повесили всех собак на меня. В каких только грехах я ни был обвинен… Деспот, ревнивец, абьюзер, злодей… Что только ни скажешь, чтобы скрыть свой позор. Так и работают наши понятия в суровых реалиях Кавказа. Честь дороже совести. Но честь не реальная, а ее внешние атрибуты… Вот суровая правда, которая так претила мне. И потому Элиза и ее появление в нашей семье сразу так задели. Да, была в них нечто общее… Жена Мусы тоже была другой. Тоже слишком эфемерной, возвышенной и не от мира сего. А еще сломленной… Когда я увидел как-то, как она стояла у обрыва и смотрела на горную реку, мое сердце оборвалось… Долбанное дежа вю… А потом огонь… А потом близость ее тела и красота души… И ее прикосновение в инструменту жены, которого никто не касался годами… |