Книга Развод. Не время сдаваться, страница 69 – Оксана Рэй

— Вон отсюда, — Света встает между нами. — Я полицию вызову.

— Вызывай, — Оля продолжает смотреть на меня через плечо Светы. — Пусть приедут. Но что ты скажешь, когда узнаешь, что твой драгоценный Сергей сейчас с моим отцом. Как думаешь, о чем они договариваются?

Она делает паузу, смакуя слова.

— О нашей помолвке, например.

У меня внутри все обрывается.

— Что? — выдыхаю я.

— А что ты удивляешься? — Оля наклоняет голову вбок, разглядывает меня, как экспонат. — Мой папа серьезный человек. Сергей серьезный бизнесмен. У них общие интересы. А я… — она прижимает руку к груди, изображая скромность, — я могу быть мостом между этими интересами. Скромная, любящая жена. Чем не сделка?

— Ты бредишь, — Света почти шипит. — Убирайся, пока я не…

— А ты помолчи, — обрывает ее Оля. — Ты вообще кто? Подружка? Я сейчас не с тобой разговариваю. — Она снова поворачивается ко мне, делая шаг в сторону и обходит Свету. — Сережа тебя не любит, Марина. Он тебя жалеет. Это разные вещи. Он устал чувствовать себя виноватым, вот и бегает вокруг тебя, как дрессированная собачка. Но это ненадолго. Мы с ним… мы друг друга стоим.

Она приближается. Ее лицо в полуметре от моего. От нее пахнет духами, теми самыми, сладкими, приторными.

— Ты знаешь, что он пришел ко мне? Да, перед самым Новым годом. — Голос ее становится тише. — Сказал, что все кончено. Хах, думал, я просто так отпущу его? — Она усмехается. — Я, нет. Я борюсь за свое счастье. А ты… ты просто сидишь и ждешь, когда оно само упадет тебе в руки. Так не бывает.

Она поднимает руку, и коробка с лентой оказывается прямо перед моим лицом.

— Это тебе от меня. Открой же.

— Не трогай ее! — Света дергается вперед, но я выставляю руку, останавливая ее.

Смотрю на коробку. На золотую ленту. На пальцы Оли, побелевшие от того, как сильно она сжимает картон.

— Чего ты хочешь? — спрашиваю я тихо.

Глаза Оли вспыхивают. Она делает последний шаг и теперь между нами сантиметров десять. Я чувствую ее дыхание.

— Чтобы ты исчезла, — шепчет она. — Чтобы ты просто… перестала существовать. Ты проблема, Марина. И пока ты здесь, он никогда не будет моим.

Ее рука дергается. Я не понимаю, что происходит. Коробка летит в сторону, лента разрывается, и я вижу блеск. Что-то металлическое.

Ножницы? Нет, секатор? Она схватила его со стойки или принесла в коробке?

Я не успеваю понять. Воздух разрывается от звука.

— Ольга!

Этот голос. Низкий, хриплый, до боли знакомый, словно останавливает время.

Сергей.

Он возникает на пороге, запыхавшийся, без пальто, в одном пиджаке. Глаза дикие. Он видит нас. Меня, прижатую к стойке, Олю с занесенной рукой, и в этом блеске я различаю… маленькие ножницы для флористики. Изогнутые. Острые.

Сергей быстро бросается к нам. Рывок, и его рука перехватывает запястье Оли.

— Ты что задумала?! — голос срывается на крик. — Опусти сейчас же!

Она вскрикивает, то ли от боли, то ли от ярости. Пытается вырваться. И в этом диком движении лезвие скользит по его ладони, оставляя яркую, красную полосу.

— Пусти! — орет она. — Пусти, пусти!

Он не отпускает. Сжимает ее запястье так, что пальцы разжимаются, и ножницы с металлическим звоном падают на пол. Света тут же отшвыривает их ногой под стойку.

— Ты… — Оля смотрит на него, и ее лицо искажается. — Ты защищаешь ее? После всего, что между нами было?