Книга Развод. Не время сдаваться, страница 37 – Оксана Рэй

“Не остыл”. Эти слова повисают в воздухе. Она знает, что все кончено. Без сомнений знает, но продолжает давить. Моя ярость, кипевшая секунду назад, сменяется леденящей пустотой. Я не отвечаю. Просто опускаю руку с телефоном и прерываю вызов, не в силах выдавить ни звука. Мне нужен воздух. Нужно выбраться отсюда. Я направляюсь в шумный главный зал. Выхожу из-за угла и замираю. Они все еще там. В двадцати шагах от меня. Марина и ее архитектор. Мне нужно уехать. Сейчас же. Но мои ноги будто вросли в пол, а взгляд цепляется за эту простую сцену. Они стоят у панорамного окна. Она улыбается, что-то рассказывает жестикулируя. В ее глазах тот самый живой, легкий блеск, которого я не видел в свой адрес уже целую вечность. Он смотрит на нее с неподдельным, глубоким интересом, слегка наклонив голову. Что-то холодное и тяжелое сдавливает мне горло. Где-то глубоко в груди под ребрами, дергает знакомая, тупая спазма. Я не отдаю себе отчета, как это происходит, но телефон снова оказывается у моего уха. — Алексей, — мой голос звучит чужим, ровным, безжизненным. — Отмени все мои встречи на сегодня. — Но у вас совещание с... — Я сказал ОТМЕНИ! — срываюсь на крик, и пара женщин, проходящих мимо, вздрагивают и ускоряют шаг. Я резко отворачиваюсь, понижаю голос до сдавленного, зловещего шепота. — И займись другим вопросом. Собери все, что можно, на Константина Орлова. Архитектора. Всю подноготную. Откуда родом, образование, партнеры, клиенты, личная жизнь. Мне нужно все. Я хочу знать о нем все.

Мне нужно понимать, с кем она проводит время. Кто этот человек, которого Марина впускает в свою жизнь, а значит, и в жизнь Поли.

— Хорошо. Постараюсь сделать как можно быстрее. Будет максимально полное досье. Я убираю телефон в карман. Последнее, что я вижу, прежде чем резко разворачиваюсь и направляюсь к выходу, как он, этот Орлов, мягко касается локтя Марины, чтобы привлечь ее внимание. И она, все также улыбаясь, внимательно слушает его.

Марина

Утро светит в окно острым, зимним, но ослепительно ярким светом. Такой бывает только после метели, когда небо синие, а солнце отражается от белоснежных крыш, заливая комнату слепящим сиянием. Я сижу на кухне, пью чай и смотрю на этот свет, щурясь, но пытаясь насладится таким редким явлением.

После вчерашней выставки внутри осталась какая-то непонятная пустота.

Я дома. Поля смотрит мультики в гостиной, а я уже на связи с магазином. Проверяю почту, отвечаю на сообщения. Действую на автомате, четко, без лишних эмоций. Мысленно возвращаюсь к вчерашнему разговору с Сергеем. К его последней фразе: “Я выясню, кто это сделал”.

Интересно, выяснил? Или как обычно слова, слова, слова.

Звонок Светы врывается в утреннюю тишину.

— Марин, ты не поверишь. Сядь лучше, — её голос звучит сдавленно, будто она пытается говорить тихо, но ее распирает от возмущения. — Только что Лена звонила. Та, что заказывала оформление для юбилея мужа. В полной прострации, бедняга.

— Что опять? — спрашиваю я, откладывая телефон в сторону и включая громкую связь. Мои пальцы сами собой сжимаются вокруг чашки.

— Наша общая знакомая. Та, что из отдела маркетинга “Гранд Эвента”. Которая Ольга, чтоб ее, — Света почти выплевывает имя. — Вчера, оказывается, на неформальной встрече ивентщиков устроила настоящее шоу. Мол, “Бедная Марина, конечно, после семейного кризиса совсем не в ресурсе, не справляется, у нее поставки летят, клиенты недовольны”. Лена, говорит, аж рот открыла. А та, понимаешь, с таким сочувственным лицом: “Я просто как коллега переживаю, чтобы люди не нарвались на проблемы в горячий сезон”.