Книга Она моя дочь?, страница 18 – Соня Вишнякова

Озираясь, и уже не так бодро, я продолжила выкладывать продукты в холодильник.

Давид развернулся и ушёл, не прощаясь. Зачем приходил — непонятно.

Странно получилось, неужели он проезжал мимо только для того, чтобы подвести меня с пакетом? Может, так и есть.

Нечего придумывать. Не следит же он за мной.

-

Ну, всё, я так и знал, во всяком случае, догадывался, чем мне это грозит — освоением территории.

В моей квартире теперь появится что-то, что меня раздражает. Не верю, что я это позволяю.

Может быть, она делает это специально, чтобы я поскорее выплатил ей зарплату вперёд, и она бы сняла комнату. Теперь понимаю, в её просьбе была необходимость, а я взял и отказал. Нужно подумать, как разрешить данную ситуацию, чтобы и от слов не отказаться и деньги ей дать.

Чужие продукты в моём холодильнике теперь будут навязчиво вспоминаться в самые неподходящие моменты.

Интересно получилось, что я увидел её на улице и остановился, чтобы помочь ей подвезти.

А почему я это сделал?

Может быть, потому что увидел, какая она немощная и слабая, тащит этот гигантский пакет, и моя нога сама ударила по тормозам, чуть не спровоцировав ДТП.

Слава богу, всё обошлось.

Мои рефлексы начинают работать совершенно не в ту сторону, в которую требуется. По идее, они должны оберегать меня, а получается наоборот, подвергают опасности.

Я ушел из квартиры. Поехал дальше, по делам.

Дела потребовали моего выезда.

-

Вечером он не пришёл, а утром пришла Эмилия. Она вошла шумно и я сразу открыла глаза от шуршания пакета и шаркания ногами по полу.

— Ну, как ты тут, обустроилась уже?

— Да, — приоткрыла я один глаз.

Понятное дело, теперь так будет всегда. Моя комната — это как бы, не моя комната, это общественное помещение, которым пользуются все.

И хоть мы поставили ширму, чтобы отгородить меня от стиральных машинок и полок с бытовой химией, это мало что меняет. Присутствие здесь другого человека всё равно напоминает, что я не у себя дома и не в своей комнате, и даже не в той, за которую заплатила и живу в ней на правах аренды.

Здесь я чувствую себя не на своём месте. Чувствую себя помехой для всех. Вижу, как Эмилии неприятно и неловко меня будить.

— Ничего, ничего, спи, — сказала она, когда я хотела встать, — я сейчас возьму инвентарь и пойду, не беспокойся.

— Ладно, я ещё полежу немного.

— А он дома?

— Нет, не приходил вчера.

— Наверное, опять уехал. Тем лучше, меньше уборки.

— Думаете, там есть что убирать?

— Не забывай о той пыли, которую мы не видим, — улыбнулась она.

— Невидимая пыль?

— Точно, — подмигнула она.

— А он что, часто уезжает?

Она показала на камеру и приложила палец к губам. Я поняла, что там записывается все, что мы говорим.

Я кивнула. Поняла.

— Часто, — ответила она и пошла из кладовки.

-

Зателенькал телефон. Я потянулась, взяла и нажала кнопку.

— Мамочка, привет, это я.

— Привет, золотце, ты уже проснулась?

— Бабушка ещё спит. Я тайно взяла телефон, чтобы она не заметила и звоню тебе.

— Какая ты хитрая.

— Да, я очень хитрая. Вчера бабуля сказала прочитать три страницы, а я знаешь сколько прочитала?

— Сколько?

— Ну, угадай.

— Две!

— Не-е-е-ет, — засмеялась Аня в трубку, я прочитала шесть страниц, представляешь?

— Да, ты умница, хитренькая умница.

— А вчера мы делали с бабушкой кубете. Я теперь знаю, как делать кубете, это о-о-чень просто.