Книга Наше небо на двоих, страница 70 – Алла Касперович

На следующий день папа и мама взяли отгул, чтобы доставить Катю в санаторий, Кристина тоже с ними поехала. Всю дорогу Катя смотрела в окно и молчала, никто её не трогал, опасаясь, что она может устроить скандал, закатить истерику и вообще отказаться оставаться. К счастью, ничего подобно не случилось, и Екатерину Юрьевну Перову, шестнадцати лет от роду, передали прямо в руки специалистам. Она даже снизошла до того, чтобы обнять папу и маму, а Кристине — о чудо! — достался поцелуй в щёку. Видимо сосновый воздух уже начал действовать положительно. Что ж, это внушало надежду.

Для родителей — и старшей сестры, разумеется — провели экскурсию по территории, чтобы они своими глазами увидели, за что платят такие бешеные деньги. Кристине здесь очень понравилось, но куда важнее для неё было то, что о Кате как следует позаботятся, раз уж они не смогли и упустили её. О том же самом думали и родители.

В город Кристина вернулась с чёткой целью: выяснить, что же заставило Катю так сильно измениться и едва себя не угробить. И у неё даже появился какой-никакой план.

Связи с Катей не было никакой, о чём в санатории предупредили заранее. Однако обещали каждый день присылать общие фотографии, где гости, как их здесь называли, постоянно чем-нибудь занимались.

Родители в ночь со вторника на среду почти не сомкнули глаз, да и Кристина тоже не то чтобы по-настоящему спала. Скорее уж периодически дремала. И в этих полуснах к ней то и дело приходила Катя. Она то сердечно благодарила, то ругалась похлеще дяди Васи с первого этажа. Собственно, сам-то он не ругался, а разговаривал исключительно на трёхэтажном. Справедливости ради, в реальной жизнь Кристина никогда мата от сестры не слышала, но это вовсе ничего не значило, что она его совсем не употребляла. Не была же Кристина долгое врем в курсе, что у Кати такие проблемы с едой. И до сих пор не знала, как та до такого дошла.

Просыпаться было тяжело, потому что именно к утру даже не подкрался, а грабителем обрушил кувалду на голову сон: из полудрёмы вмиг в густую черноту безмыслия. И оттуда её за шиворот вытащил спасатель-будильник. Мягким пробуждение не было — Кристина упала с дивана.

— Ой-ё… — проворчала она, потирая ушибленные места.

Голова гудела — срочно требовался кофе и желательно в приятной компании. Родительская таковой, как выяснилось, когда Кристина пришла на кухню ставить чайник, не являлась.

— О, дочь! — сказал зомби № 1, оторвав взгляд от полупустой чашки и переведя его на застывшую в дверях Кристину.

— Кристинка! — Зомби № 2 поднял кружку, приветственно ею салютуя. — А мы тут чай пьём.

— Кофе, — поправил его зомби № 1, на всякий случай заглядывая в свою чашку, а то мало ли, — ну, точно кофе.

— Да?.. — Зомби № 2 повторил за первым, только ещё и принюхался. — Точно…

— Мам, пап, вы вообще спать ложились? — нахмурившись, спросила Кристина, входя в кухню, и взяла наконец чайник.

— Спать? — выгнула бровь мама. — Спать — это для слабаков.

— Спать не получилось, — вздохнул папа. — Мы пробовали.

— Мне тоже не спалось, — набирая воду в чайник, призналась Кристина. — Вы сегодня на работу или дома?

— Дома, — в один голос ответили родители. — Отгул.

— Ну и хорошо. Мам, пап, есть будем?

— Это вопрос или предложение? — хмыкнула мама.