Книга Научи любить. После развода, страница 86 – Марика Крамор

Мой взгляд неторопливо ползет по его лицу, от выжидательных глаз к прямому носу, чувственным губам, к которым всегда хочется прикоснуться. Неспешно приближаю свои губы к его рту, нежно задеваю.

— Тогда, выходит, что мы оба здесь не просто так и надеемся на взаимность.

Губы его сладко и плавно складываются в обворожительную, чуть стеснительную улыбку, хотя это слово к господину Черепанову подходит меньше всего. Обожаю, когда он прижимает меня к себе, как носом утыкается в шею, будто дышит мной.

— Выходит, что так… Кстати, а что врачи-то говорят? Я теперь должен тебя стороной обходить? — рука его нежно фиксирует мой затылок. Мужчина не позволяет отвернуться. — Или достаточно осторожности, чтобы не навредить ребенку?

— Твердого запрета не ставили, — шепчу я, пока Миша жадно проходится губами по моей шее. — Сказали, можно.

И прежде чем подхватить меня на руки, он хрипло бросает:

— Тогда, я думаю, нужно отметить твое возвращение…

* * *

— Ты такой спокойный, — удивляюсь я, переворачивая щипцами шкворчащее мясо. — В моей жизни и знакомых-то таких раньше не было. Даже папа нет-нет, да как вскипит… ух, что бывает!

— Это если я не вижу повода паниковать. А если вижу, то всем крышка.

Мы оба смеемся. Такая идиллия, что аж не верится. В груди что-то теплеет. Мне нравится, что Миша не говорит громких слов, не обещает невозможного. Он просто берет и делает, без лишних обещаний.

Мы ужинаем плечом к плечу на балконе, где все и начиналось. Я время от времени комментирую вкус, специально придираюсь к соли, но Миша вновь сдержанно защищает свою «кулинарную концепцию», потому как я только жарила. Он ведь «не умеет готовить»…

Вообще-то, он хитрый. Его смекалка и изобретательность иногда поражают меня.

— Посмотрим, как в следующий раз приготовишь ты, — ухмыляется и отправляет в рот последний на его тарелке кусок мяса. — Белиссимо!

Позже мы перебираемся в гостиную. Я, зевая, устраиваюсь на диване, поджав ноги, он садится рядом и осторожно притягивает меня к себе. Его ладонь ложится мне на спину — твердо, уверенно, без спешки. Я чувствую это прикосновение всем телом.

Рядом с ним во мне отключается внутренний надзиратель. Тот, которому приходится быть всегда настороже. Дыхание становится глубже, мысли — мягче. И когда он большим пальцем едва заметно проводит по моей руке, внутри на секунду перехватывает от слишком яркого ощущения близости.

Ночью я засыпаю спокойно и быстро. Мишина рука лежит у меня на талии, и от этого простого контакта мир ощущается устойчивым.

Утром мы собираемся почти синхронно. Он заваривает кофе, я ищу в сумке помаду, ворчу на себя за беспорядок в чемодане.

— Ты теперь здесь живешь, — напоминает он беспечно. — Можно разложить вещи.

— Я стратегически откладываю этот момент на попозже, — отвечаю я. — Вчера не хотелось этим заниматься.

Я уже влюблена в то, как сладко он притягивает меня к себе, чтобы поцеловать. Это какой-то восторг.

К офису мы подъезжаем на его машине, но Миша останавливается не на привычном месте.

— Зайдем по очереди, — сообщает он категорично. — Не хочу, чтобы сейчас вокруг тебя начинались разговоры.

А вот это звучит логично! И очень даже предусмотрительно. Как можно быть таким умным?!

— Ты меня постоянно оберегаешь, — констатирую я с легкой улыбкой.