Онлайн книга «Научи любить. После развода»
|
— Что-что, простите? — выдает с колкой издевкой, но как-то… напряжно. — В ресторан, и без маникюра?! Вы явно женаты не были, — посмеивается скованно, задевая во мне незажившую рану. Уголки моих губ угрюмо опускаются, я физически ощущаю невидимый удар. Крылья носа напрягаются, воздух медленно просачивается из легких и свистит. Я резко подаюсь вперед, игнорируя неуместную шутку о жене. — Завтра важная встреча с предположительными заказчиками. Им необходимо будет все подробно рассказать, я чуть позже пришлю инструкции. Нужно, чтобы на встречу со мной поехала ты. Продолжаю дальше вдаваться в подробности и… одновременно подмечать странное поведение Лаймы. Она задерживает дыхание и дышит ртом чаще, чем носом. Все это так ненавязчиво и деликатно, чтобы я не заметил. Удивленно подмечаю, как она отодвигается от меня подальше, тяжело сглатывает, и на ее лбу, черт бы меня побрал, реально выступают бисеринки пота! — Тебе плохо? — вырывается у меня тихое недоумение. — Нет-нет, все нормально. А сама тянется к прозрачной пластиковой бутылке, торопливо откручивает крышку и жадно приникает к горлышку. — Я окно приоткрою? И, не дождавшись ответа, распахивает окно настежь. В кабинет махом врываются потоки морозного воздуха, начинает покалывать кожу. По ногам тянет сквозняк, но ничего из этого не смущает Лайму: девушка разве что нос не высунула на улицу. — Не выпади, ради бога, — советую неосознанно. Она не отвечает. Тогда я приподнимаюсь. — Тебя не смущает, что ты простудишься? — Все в порядке! Я сейчас… — А меня смущает, — рявкаю недовольно и, едва не касаясь ее торсом, захлопываю окно, опускаю ручку. Перевожу взгляд на Лайму. Когда она стоит так близко, а еще и дышит так тяжело, не могу сказать, что меня это абсолютно не цепляет. Будоражит, и еще как, да как-то хочется от этого отмахнуться. Она поспешно отворачивается от меня, отходит, огибая стол, и наполняет грудь воздухом: делает глубокий вдох. — Я поняла, давайте я чуть позже вам позвоню, и мы обсудим. А то работы много… А сама подозрительно потирает переносицу. И тут меня сшибает с ног странно неприятная догадка: это она из-за меня проветривала?! — Ладно, — роняю я растерянно, не в силах поверить в очевидную истину. Она ж от меня шарахнулась! Когда я окно закрыл! Выхожу из ее кабинета, чувствуя себя… да лучше не думать о том, как я себя ощущаю! Отхожу от кабинета на несколько шагов и торможу. Ну просто проверить… Возвращаюсь и аккуратно тяну на себя дверь. Лайма опять с открытым окном. Задумчивая такая стоит. Нос в «форточку» высунула… дышит. — Я прошу прощения! — едва-едва сдерживаюсь, чтобы не вспылить. — Это ты после меня проветриваешь? Когда в ее взгляде мелькает вина, я готов шандарахнуть этой чертовой дверью так, что нам реально понадобится новый ограничитель! — Ну что вы… конечно нет… В моих глазах она читает ответ, ибо иначе я не могу объяснить ее жалкие потуги оправдаться. — А что тогда?! — Михаил Алексеевич, у вас просто парфюм очень резкий… Я подвисаю. — Какой он резкий?! — бушую, выцеживая каждое слово. — Я вчера вечером на один пшик брызнул. Оно все уже выветрилось. — Ну правда резкий… Вне себя от злости я шагаю к ней ближе. — Что-то когда я с тебя свои вещи стягивал, тебя мой запах не смущал! |