Книга Неверный. Моя тайна, страница 45 – Соня Вишнякова

— Привет, — сказала я и улыбнулась.

Неловко, однако. Ничего не поделаешь.

— Слава богу, ты как? — он подошел, согнулся, полез, достал мой телефон. Потом взял меня за руку, второй обхватил за талию и начал поднимать.

— Уже хорошо, — отвечаю, когда он прижал меня к себе, чтобы я не упала.

— Тогда едем в травму, — не успела я пикнуть, как он подхватил меня на руки и понес из подъезда, я притихла, в неровном свете фонарей глядя на его небритый подбородок.

Подошел к машине.

— Открывай дверь, — чуть опустил меня, чтобы я дотянулась до ручки. Я дернула дверь, она открылась. Глеб повернулся, усадил меня на пассажирское сидение. Сам обошел со стороны водителя, сел. Я прижала к себе пакет с пачками чая. Глеб повернулся, посмотрел на меня и губы его дрогнули в лёгкой улыбке.

— В магазин спустилась, за чаем, — оправдываясь, приподняла я пакет.

— Понятно. Спасибо, что позвала меня, — ему нравится, что позвонила ему, а не Егору. Он доволен этим фактом.

— Лишила тебя ужина, — пожала я плечом.

— Не страшно, — он крутанул ключ на панели, загудел мотор, нажал на педаль и сразу вырулил от тротуара.

В травмпункте мне сделали рентген, наложили повязку на ногу. Перелома нет, только вывих и ушиб, сказали само пройдёт, только мазать и заматывать плотно.

Вышли из травмы. Я скачу на одной ноге, взяв Глеба под руку. Дошли до ступенек, не успела я попробовать спуститься, как Глеб быстро подхватил меня на руки, я даже ойкнуть не успела. Понёс к машине.

Странное ощущение. От него исходит спокойствие и какая-то бесконечная забота. Я не чувствую, просто знаю, что он всегда будет вот так, не давать мне напрягаться. Будет — носить меня на руках. И это не фигура речи, это действительность, которая могла быть моей. Он словно рад что я попала с такую ситуацию и он единственный, кто может мне помочь.

Дошел до машины.

Я моргнула, стряхнула из мыслей представление, что мы с ним можем когда-нибудь быть вместе. Нет, лучше никогда этого не представлять.

Подъехал ко двору, где Наташка с Глебом живут в новостройке. Он её в ипотеку взял. Трёшка, нормальная такая, почти девяносто квадратов. На девятом этаже двадцатиэтажки.

Достал телефон, пощёлкал сообщение — «Не хочешь за солью спуститься». Отправил.

Это наше кодовое. Я пишу, она мужу говорит, что подружка-соседка написала, зовёт, и совершенно официально спускается ко мне.

Я у Наташки как подружка записан. Могу в любое время позвонить или написать. Глеб не догадается. Да ему особо дела нет, до того, с кем его жена переписывается. Я заметил, он равнодушен к таким вопросам. Может и правильно, меньше знаешь, крепче спишь.

Я вроде равнодушным не был, а столько всего приспустил. Чёрт.

В ответ пришло сообщение — «Иду».

Быстро она.

Иногда представляю, а если бы моя жена, у меня под носом вот так бегала. Это каким же нужно быть ослом, чтобы подобные перебежки не замечать. Я бы точно заметил.

Скривился. Ага, конечно, заметил бы я.

Что-то не сильно уследил, с кем Вера успела снюхаться, пока я в салоне машины клиентам втюхивал.

Смотрю на внушительных размеров многоэтажку ярко желтого цвета. Раскрасят же, вырви глаз. Не люблю яркое. Никогда бы не выбрал квартиру в таком доме. Это для народа. Я больше по элитке.

Из подъезда вышла Натали. Мать твою, она что издевается? В атласном ночном пеньюаре. Она что спать уже собиралась?