Книга Развод в 45. Мой бывший - дракон?, страница 87 – Алекс Ривер

— Болезнь отняла многое, в том числе и интерес к чужим интерпретациям истории моей семьи. Теперь я предпочитаю смотреть в будущее.

Сергей смотрел на нас обоих напряженно, словно пытаясь разгадать шифр. Молчание в кабинете стало почти невыносимым. Но наконец, он медленно кивнул:

— Как говорили в моем детстве: «больше двух говорят вслух». Морис, давай ты сейчас поведаешь нам, как обстоят дела в нашей военной кампании, а позже вы расскажете мне, о чем вы тут сыпали искрами. Потому что меня бесит быть единственным неосведомленным лицом в компании.

Де Санше мягко усмехнулся:

— Как забавно! Ты раньше не рассказывал мне об этой поговорке, Серж. Надо бы запомнить. А пока давайте я введу вас в курс дела.

Обсуждение военных действий свелось к монологу де Санше. Он говорил о дислокации войск, о слабых местах в обороне. Его анализ был блестящим, холодным и точным. Я слушала, кивая, но большую часть времени ловила его взгляд, пытаясь понять, что он задумал. Почему он вернулся именно сейчас? Только ли ради военных новостей? Это ведь можно передать и с помощью посыльного и даже с механической почтой. Собирается ли он использовать свое знание о моих юношеских «подвигах» против меня?

Закончив монолог, де Санше выжидательно поглядел на Сергея. Тот нахмурился:

— Благодарю. Если это все…

— Ваше Величество, еще кое-что, — он поглядел на меня, — учитывая предстоящее бракосочетание, я предлагаю усилить вашу охрану. Некоторые из старых союзников клана Драколинг все еще питают… надежду на возвращение старых порядков. А леди Элеонора в юности была весьма популярна в определенных кругах. Ее пылкое восхищение традициями могло быть неверно истолковано как политическое расположение.

Кровь отхлынула от лица. Он напрямую намекал Сергею, что я — потенциальная фигура для объединения недовольных. Что мои детские восторги могут иметь вполне взрослые и опасные последствия.

— Мое «восхищение традициями», как вы это назвали, остались в прошлом, герцог, — проговорила я, сжимая пальцы так, что ногти впились в ладони. — Сейчас меня заботит стабильность империи.

— Рад это слышать, — его губы тронула тонкая, безрадостная улыбка. — Стабильность — вещь хрупкая. Ее легко разбить неосторожным словом или глупым поступком. Даже совершенным по незнанию.

Сергей, явно раздраженный тем, что разговор превратился в фехтование намеками, резко подвел черту.

— Благодарю за советы, герцог. Элеонора, ты свободна. Придворные распорядители ждут тебя для обсуждения деталей церемонии.

Выйдя из кабинета, я почувствовала облегчение. За спиной будто горели два ледяных пятна — взгляд де Санше и Сергея. Но спину я держала прямо. В конце концов, Сергей в курсе, что я не Элеонора, и что бы ни рассказал ему герцог о «моем» прошлом, вряд ли его это сильно взволнует. Успокоив себя таким образом, я направилась в бальный зал, где меня уже ждали главный церемониймейстер и целый штат портных и ювелиров.

Обсуждение драпировок, фасонов и украшений оказалось чем-то вполне приятным. Я наконец погрузилась в родную стихию — дизайн. Поэтому внимательно слушала предложения, делала выбор, иногда спорила, демонстрируя безвкусность эклектики и кричащих расцветок. Это была работа, не менее сложная, чем составление военных карт — создание образа, который должен был усмирить, впечатлить, объединить. Я видела, как поначалу снисходительные взгляды придворных постепенно сменялись уважением. Они ожидали дурочку, которая будет восторгаться всем подряд или капризную выскочку, топающую ножкой просто ради того, чтобы топнуть. А получили расчетливого менеджера, знающего, чего хочет. Фрейлины ахали и восторгались. Не все делали это искренне, но я видела, что мои знания пробуждают интерес, что было отдельно полезно для идеи со школой.