Книга Развод в 45. Мой бывший - дракон?, страница 138 – Алекс Ривер

— Без пороха в воздухе — да, — согласилась я.

Он улыбнулся.

— Не только без пороха. Мы потеряли часть власти, но это освободило столько времени и сил!

Выборный совет и парламент уже начали свою работу. Все еще периодически оглядываясь на бывших правителей Фьеранса, но все смелее принимая решения. У меня остались права вето на некоторые особенно важные для страны решения, и прибавилось бумажной работы, но не было того невыносимо тяжелого бремени власти, которое лежало на плечах Сергея.

Моя школа процветала, постепенно превращаясь в большой институт с филиалами по всему Аренвалю. Доходили и слухи о том, что поступить в неё стремятся не только со всего Фьеранса, но даже из-за рубежа, несмотря на статус проигравшей войну державы.

А наши с Сергеем отношения больше не были тем огненным вихрем, в котором смешались ненависть, страсть и магическая зависимость двух потерянных душ. Пройдя через ад двух миров и войны, они превратились в нечто иное. В прочный, теплый мост, построенный на руинах прошлого. Мы больше не Виктория и Сергей, застрявшие в токсичном браке московской жизни. И не Элеонора и Серж, императорская чета, скованная политикой и древними проклятьями. Мы просто… мы. Умудренные не самым приятным опытом, уставшие, но нашедшие друг в друге тихую гавань и надежного союзника. Хотя, надо сказать, даже без полога из крыльев по ночам, наша близость сохранила яркие краски, так что обычно я засыпала измотанной, но совершенно счастливой на груди у Сергея.

Дверь на балкон тихо скрипнула. Вошла няня, немолодая, но крепкая женщина с добрым, умным лицом и натруженными руками, знавшими толк не только в пеленках. Она несла на руках маленький сверток, завернутый в мягкое одеяло из небесно-голубого шелка.

— Ваши Величества, — она сделала почтительный, но не рабский книксен. — Его Высочество проснулся и просит внимания.

Она осторожно передала мне ребенка, и я приняла его, чувствуя, как привычная тяжесть на руках сразу сделала мир цельным. Несмотря на все неудобства, я кормила его сама, не отдавая наёмным кормилицам, как это было принято до меня в местных знатных семействах. И воспитывать тоже постараюсь сама. Няня просто давала мне отдохнуть и выспаться.

Малыш куксился и покряхтывал, как любой младенец, но, оказавшись у меня на руках, вытянул крошечный кулачок, схватил палец Сергея, который потянулся к сыну, причмокнул и снова затих. Мы назвали его Александром — в честь чего-то прочного и светлого, что мы хотели ему передать. Александр, наследный принц Фьеранса. Но для нас он был просто Сашей. Наше самое невозможное, самое дорогое чудо. Я боялась, что у меня родится настоящий дракон, но ни крыльев, ни чешуи у малыша не было. Как объяснил мэтр Альбер, драконья сущность пробудится не раньше подросткового возраста, а пока… пока он был обычным маленьким мальчиком, которому требовалась вся наша любовь и ещё немного.

Сергей придвинулся, заглядывая в личико сына. На его собственном лице, обычно таком сдержанном, расцвела беззащитная, невероятно теплая улыбка, которую, до недавнего времени, я видела лишь пару раз в жизни. И как же я её любила!

— Совсем как ты, — прошептал он. — Тот же упрямый подбородок и красивые глаза.

— Ничего подобного, — также шепотом парировала я. — Нос — твой. Совершенно императорский.