Книга Изгнанная жена или Развод по-драконьи!, страница 37 – Маргарита Абрамова

Девушка в этот раз принесла небольшую сферу, помещающуюся в ее ладони. Она поднесла ее ко мне.

— Размести свои ладони, — протянула ближе.

Дотронулась до прозрачного шара. Холод под пальцами вмиг сменился теплом, а цвет стал меняться с неимоверной скоростью всеми цветами радуги.

Гринувей неотрывно наблюдал, может, все же опасался, что ночь не осталась без последствий и ему не удастся от меня избавиться. Один Вебер стоял спокойно, равнодушно взирая на нас.

— Что это значит? — не выдержал Питер.

— Еще раз, — попросила меня Медея, не отвечая на вопрос.

Но все с точностью повторилось.

Медея развернулась и направилась к служителю. Лицо девушки выражало недоумение. Она что-то прошептала служителю, тот держался ровно.

— Ну что же, Богиня сегодня не желает отвечать, — нашелся служитель, — Думаю, это знак, что нужно перенести церемонию.

Сердце забилось быстрее, непонятно от радости или огорчения.

— Она не беременна, — проговорил зло муж, его такой расклад не устраивал.

— Мы не можем знать наверняка, — усомнился жрец.

— Я могу подтвердить, — дал о себе знать Вебер, — Я являюсь лечащим врачом семьи Гринувейев и проводил магическую диагностику несколькими часами ранее. Если бы милочка была в положении, я бы это точно обнаружил.

Служитель задумался. Не зря я попросила доктора присутствовать, все же пригодился.

— Хорошо, — пошел на уступки служитель, — Продолжим ритуал.

Медея взяла с подноса веревку и подошла к нам. Завязала один конец Питеру на запястье, а другой мне.

Служитель начал читать молитвы. Я не разбирала слов, но с каждым словом у меня сильнее кружилась голова, все сливалось перед глазами в одно пятно. В ушах стоял гул, я уже хотела попросить прекратить, как резко все затихло.

Мы стояли с Питером напротив друг друга с натянутой нитью. Из красной она превратилась в золотую и искрилась. Маленькие разряды перемещались по ней от мужчины ко мне, прокатывались по коже, приятно щекоча.

Я не могла оторвать взгляда от омута глаз мужа, меня словно затягивало.

— Да будет так! — раздалось громко где-то сбоку, а нить разрезали пополам.

Нить зашипела, а потом почернела в месте разреза, и чернота потянулась к нашим запястьям. Хотела стянуть ее с руки, чтобы не добралась до меня, но не вышло. Руку обжег мертвый холод, запястье посинело и его пронзила боль.

Я закричала, не выдерживая, Питер тоже согнулся пополам.

— Она в порядке, — Вебер обнаружился рядом, но я чувствовала сильное опустошении, но до порядка далеко, хотелось поскорее уйти отсюда, поэтому попыталась собраться.

Муж тоже выглядел бледным и рассеянным.

— Снимите ваши кольца поочередно друг с друга и верните Богине клятвы.

Гринувей пошатываясь сделал ко мне шаг, беря мою ладонь и снимая с безымянного пальца свое фамильное кольцо, и водрузил его в блюдечко на подносе, с которым около нас стояла Медея.

— Я Питер Гринувей забираю клятву мужа, принимаю последствия и осознаю грех, — проговорил хрипло. Что-то было в его голосе, что меня охватили мурашки. Закусила губу чуть ли не плача смотря на след от ношения кольца, стало так горько, но я держалась.

Проглотила образовавшийся в горле ком и проделала с его кольцом то же самое. Стянула с его ледяной руки украшение и отправила к своей паре.

— Я Оливия Гринувей забираю клятву супруги, принимаю и осознаю… — повторила его слова.