Книга Целительница для разбитого сердца, страница 24 – Ольга Грибова

Взяв бокал, я понюхала его содержимое. Пахло чем-то сладким, но не только. Это была лишь маскировка, за поверхностным запахом ощущалось нечто иное. То, чему я не могла подобрать название, потому что никогда с таким не сталкивалась. Там явно были магические ингредиенты.

Решившись, я выдохнула и залпом осушила бокал. Чего тянуть? Только трачу попусту драгоценное время. Жидкость горячей волной прокатилась по горлу и осела в желудке. Резко закружилась голова, и я схватилась за край стола.

Курт дернулся было ко мне, но сдержался. А я уже не видела выражение его лица. Очертания предметов поплыли, теряя четкость. До чего же быстро действует напиток! Ощущение было, словно из меня что-то тянут. Не физически, а из глубинной сути.

Медленно и неотвратимо из меня уходила… я сама?

— Курт… — от испуга вырвалось у меня.

Имя прозвучало странно. Вроде знакомо, но в то же время уже немного чужое.

Перед внутренним взором проносились картинки. День, солнце, сад. Рука сестры в моей. Мне десять, ей еще меньше. Мы смеемся. В груди потеплело, это было хорошее воспоминание.

До чего же больно было видеть, как оно меркнет! Постепенно погружается во мрак, словно комната, в которой одну за другой гасят свечи. И так до тех пор, пока не остается лишь одна темнота.

Первая встреча с Куртом… поцелуй мамы… улыбка отца… Я цеплялась за воспоминания, как утопающий за соломинку, но они уходили один за другим. С каждым разом все более стремительно.

Нет. Это мое. Нельзя это забирать!

Я боролась, но раз за разом терпела крах. Краски блекли. Голоса глохли.

— Нет! — я схватилась за голову.

Стирание набирало обороты. Кто та девушка, что написала мне о болезни отца? Я не могу припомнить. А этот слабый мужчина в постели… мы знакомы? Папа! Слово вспыхнуло в памяти и тут же погасло. Как мотылек, сгоревший в пламени.

— Пожалуйста… — всхлипнула я.

Я не понимала, к кому обращаюсь. К Курту? К магии? К себе? Но мне было не остановить реку утекающих воспоминаний. Все попытки удержать хоть что-то – образ, имя, чувство – терпели крах.

По щекам катились слезы, но я уже не осознавала, почему плачу. Просто было холодно и пусто. Чего-то или кого-то не хватало, но я уже не помнила, что потеряла.

— Держись, — донесся голос.

Абсолютно чужой. Я пригляделась к мужчине перед собой. Кто он? Почему и о чем говорит со мной? Я видела его в первый раз, но он смотрел так, будто я что-то значу для него.

Я осмотрелась. Что за странное место? Мне здесь не нравится, я хочу уйти. А вот и дверь. Недолго думая, я направилась к ней, но мужчина перегородил мне путь.

— Ты не можешь уйти, Эйва, — заявил он.

Это мое имя? Оно никак не отозвалось во мне. Должно быть, мужчина перепутал меня с кем-то. Не желая его обижать, я вежливо улыбнулась.

— Простите, но мне надо…

Я хотела сказать домой, но поняла, что не знаю, где это место – мой дом. У меня как будто вовсе его нет. Я словно родилась минуту назад. Абсолютно чистый лист. Странно.

Я попыталась хоть что-то вспомнить. Например, свое имя. Должно же оно у меня быть! Но ничего не вышло. Накатила волна паники. Да что со мной?

— Что происходит? Это неправильно… я не хочу… — слова путались.

Я даже толком не могла сказать, чего собственно я не хочу. И почему я опять плачу? Мысли рассыпались, как бусины по полу. Я… я… Кто?