Книга Наследство из другого мира, страница 143 – Мартиша Риш

Дверь в подземелье легонько качнулась. Или что это? Переделанный погреб? Эхо финской войны? Здесь же раньше она прокатилась, доты остались, сам видел.

И еще раз заскрипела на петлях дверь. Между ней и стеной образовалась узкая щелка, в которую хлынул свет. В комнату вошел ворон? Это чем же меня так приложили по голове, что начало мерещиться всякое. Нет, не приложили. Отравили чем-то вроде эфира. Может, он это и был? Стоп! Это же Катькина птица! Он-то каким чудом сюда попал?

— Часики мои, часики. Тики-таки, мои блестященькие. Красота.

— Говорящий? — немного опешил я.

— Еще и сообразительный.

Ворон идет по узкой полосе света. Не то как пророк, не то самозванец. Вот он почти дошел до меня, вытер о грубую лапу свой отточенный клюв. Что-то я слышал об этих птицах и пытках. Что-то уж очень неприятное. Я закаменел. Да не может такого быть. Это же птица Катеньки. Или может? Я нервно сглотнул, подтянул ноги выше

— Часики.

— Намекаешь, что мне недолго осталось? — докатился, разговариваю с птицей!

— Алан точит ножи. Мартин вынул портновские ножницы. Они длинные. Часики тикают.

— Это я уже понял.

Я попробовал посильней дернуть цепи. Бесполезно, вделаны в стену намертво. Ворон еще раз прошелся клювом по лапе, будто бы тоже решил его поточить. Что-то совсем невесело мне стало. Да и когти у него острющие. Представляю, как бабушке придётся смотреть на творчество этого ворона над моей тушкой. Вот уж нет!

— Ключики над дверью висят. Можно замочки открыть. Так можно, я видел.

— Ага.

— Часики бы мне твои получить.

— Их так просто не снять. Сначала нужно расстегнуть кандалы, — вот я уже и торгуюсь с птицей. Докатился. Нет, не докатился. Просто-напросто съехал! Или рехнулся, проще говоря.

— Обманешь, глазик выну. Часы в обмен на ключи. Идёт?

— Идёт. Только побыстрей, пока эти двое не вернулись.

— Они заняты, готовятся к пытке. Эх.

Ворон допрыгал до двери, взлетел, стащил со стены ключ. Вот он! Прямо у него в клюве. Бульк. Нет ключа, проглотил!

— Схавал!

— У меня там карманчик внутри для самого ценного. Мешочек особый.

— Врешь. Сожрал ключ.

— У всех воронов так. Иначе как мышов носить? Как запасы делать?

Птиц неспешно дошел до меня, запрыгнул на плечо, выплюнул ключ прямо в руку. Как же мерзко он пахнет. Фу! Вот уж точно в этом мешке до ключа носили мышов.

— Сыр утащил. С плесенью. Роскошшшный, — ворон словно уловил мои мысли, — И курочки кусок тоже с плесенью. Тоже роскошный.

— Поздравляю.

Я силюсь впихнуть ключ в замок и ничего у меня не выходит. Цепь слишком короткая. И времени мало совсем. Сейчас разделают меня, как барашка, в этом подвале и все! Сам виноват, сам дурак, что полез.

* * *

Катя

Повезло, что я так рано приехала. Врач орет, люди ругаются, все требуют от меня, чтоб я похоронила Зильбера как полагается. Ну уж нет! Пепел — так пепел. Колдуна нужно сжечь — такие традиции. Да и в Шохире мне что-то предъявить нужно.

— Вы точно решили?

— Да, я все уже подписала и оплатила. До свидания.

— Тело должно быть похоронено в песках Приозёрья.

— Нет! Все, с меня хватит. Я еду домой.

— Дом этот станет вашим только через полгода

— Мне цветочки нужно полить. У дядюшки была огромная коллекция растений.

Это я с ходу придумала. Нет уж, ни на каких полгода с домом я не расстанусь.