Книга Наследство из другого мира, страница 124 – Мартиша Риш

Алан принялся выставлять на стол посуду, он все ещё задумчив и сдержан. Да меня и саму мучают мысли о драконе. Нет, со всем этим я буду разбираться завтра. Сегодня у меня просто нет сил ни о чем размышлять.

Изящные руки фернирца порхают над скатертью. Завораживающее зрелище. Тонкие, ловкие, ни одна чашка не звякнет, а под приборы он кладет кружевные салфетки. Кажется, эта скатерть когда-то была парадной у Зильбера.

Мартин поставил в центре стола поднос с мясом. Принес с улицы хлеб, напитки. Учтивый, сдержанный, настороженный. Жаль, что на террасе сегодня поесть нам не удалось.

— Эрика, — он прокатил мое имя на языке, — вы уверены, что нам можно сесть за стол рядом с вами? Нам обоим, я имею в виду.

— Да, я абсолютно уверена.

— Благодарю вас. Что из еды нам можно брать?

— Все, что хотите, я уже говорила.

Парень кивнул головой, опять челка попала ему в глаза. Постричь бы его, да совсем не понятно где. Может, просто купить машинку для стрижки волос и придать волосам аккуратную длину?

— Благодарю вас за щедрость, — мягко пробасил он и опять словно замялся.

Голос подал Алан.

— Нам предстоит есть, сидя в креслах, или нужно встать…

— Садитесь за стол в кресла, пока шашлык не остыл окончательно. Берите, что хотите, пейте сок.

Алан кивнул, сел напротив меня, но класть в тарелку ничего не стал. Рядом с ним устроился Мартин и тоже ничего не берет. Я потянулась к шашлыкам, выбрала самый зажаренный, положила его себе на тарелку. Эти двое так и сидят, смотрят на меня неотрывно.

— Что не так? Вы не голодны или успели отравить мясо?

— Госпожа всегда ест первой, — сглотнул Мартин, — Мы подождем.

— Вчера ты ел вместе со мной и тебе ничто не мешало.

— Первый бутерброд съели вы. Я ждал, пока вы отойдете от стола.

— Ешьте, или я решу, что мясо отравлено.

— У меня нет ничего из вещей. Откуда бы я взял яд? — губы Алана дрогнули.

— Здесь полный сад ядовитых растений. Бери любое — не прогадаешь. Волчье лыко, безвременник, дигиталис, ландыш, цикута там в углу, под яблоней. И у соседей почти так же. И что?

— Я бы никогда не решился отравить женщину, — Алан взял в руки вилку и нож, отрезал тоненькую полоску от куска шашлыка, медленно положил ее в рот.

— Я не смогу вам навредить. Ошейник не даст это сделать. Вы сами установили этот запрет, хозяйка.

Мартин с видимой неловкостью взял в руки вилку и нож, осторожно снял с шампура все мясо и принялся разрезать куски на тонкие ломтики один за другим. Ловко, аккуратно, так будто занимался этим всю жизнь. Будто не раб сидит напротив меня, а настоящий принц крови. Как же так случилось, почему он оказался рабом? Почему сам сломал себе жизнь, поставил крест на будущем?

Парень положил в рот кусочек мяса, блаженно улыбнулся, сделал крохотный глоток сока из бокала. Наконец поднял на меня внимательный взгляд.

— Я искренне вам благодарен за щедрость и милосердие, Эрика, — протянул он мое имя особенным тоном, так что у меня разбежались по спине мурашки, — И даже, если бы смог, не стал бы вредить вам.

— Ешь на здоровье, — неловко, когда на тебя смотрят такие преданные мужские глаза. Я растерялась, стянула кусок мяса с шампура прямо пальцами и сунула в рот. Алан сделал вид, что не заметил. Мартин чуть улыбнулся и потупил взгляд в свою тарелку.