Книга ‍Право первой ночи для огненного дракона, или Переписать судьбу, страница 23 – Ольга Коротаева

Я же не могла насмотреться на мужчину.

— И как раньше не замечала, что радужка ваших глаз не просто красная, а сияюще-рубиновая? — воскликнула с удивлённым восхищением.

Невольно потянулась к лицу повелителя, желая ощутить, гладкая его кожа или бархатистая.

— Почему до этого момента сравнивала этот цвет с кровью? Наверное, поддалась всеобщему мнению о коварных и жестоких драконах… Забыла, что сама внучка одного из этих прекрасных созданий.

Даррант перехватил мою руку и, сжав запястье длинными пальцами, ледяным тоном спросил:

— Собиралась обмануть меня, полукровка?

— Не понимаю, о чём вы, — улыбнулась я и потрогала его щеку другой рукой. — Ой, да у вас же щетина! Странно, почему я не заметила?

На миг мужчина осёкся, а потом недовольно пробормотал:

— Может, потому, что думала лишь о разводе и своём графстве?

— Не-е-ет! — Я отрицательно помотала головой и победно воскликнула: — Волоски почти прозрачные, вот их и не видно.

Даррант потянул меня к себе за руку и властно уточнил:

— Утверждаешь, что не знала о содержимом этой склянки?

— Тётушка сказала, это от боли, — ощущая, что краснею, пояснила я. — Если втереть в кожу, то…

— Потеряешь сознание, — резко прервал повелитель и, разжав пальцы, отвернулся к окну. — Ты не то, что боли. Вообще ничего не будешь чувствовать. Это средство часто используют придворные дамы.

Я озадаченно смотрела на его спину:

— Зачем? Их бьют?

Повелитель коротко хмыкнул, и у меня отлегло от сердца. Если смеётся, значит, не сильно сердится. А мне совершенно не хотелось расстраивать этого мужчину. При взгляде в его глаза внутри становилось так тепло и приятно, что я огорчилась, когда Даррант отвернулся от меня.

— Так благородные леди Монтероны демонстрируют свою хрупкость. Мне тоже было непонятно, зачем они идут на подобные хитрости. Значит, ты хотела использовать зелье, не зная, что внутри? Считаешь, что это разумно?

Внезапно мне стало так горько, что по щеке скользнула слеза.

— Нет! — с чувством выдохнула я. — Но я верила тётушке. Как и Венделин… И Себастьяну! Но они предали меня. Я одна… Совсем одна!

И, не выдержав, расплакалась. Казалось, что аромат зелья на время сделал меня излишне чувствительной. Даже смущение от того, что не смогла сдержать эмоций, было чрезмерным. Настолько невыносимым, что я обняла повелителя со спины и уткнулась зарёванным лицом в его камзол.

— Какая доверчивая глупышка, — услышала низкий голос Дарранта.

Он повернулся ко мне и сжал за плечи.

— Посмотри на меня.

Я подняла голову и мгновенно утонула в его рубиновых глазах. Сердце заколотилось, как сумасшедшее, и с губ совалось:

— Хочу вас поцеловать!

Взгляд Дарранта потемнел, и сияние рубинов сменилось багровой дымкой закатного неба. Под острыми скулами шевельнулись желваки, твёрдые красиво очерченные губы сжались в линию. Время текло невыносимо долго!

Не выдержав силы своего желания, я приподнялась на цыпочки и, потянувшись к неподвижному, будто окаменевшему мужчине, легко коснулась губами его щеки. Даррант опустил светлые ресницы и задержал дыхание.

А потом отпрянул, силой магии оказавшись у противоположной стены, и прорычал:

— Уходи.

— Нет! — я уверенно шагнула к нему, не желая отступать. — Мы договорились, мой повелитель. Моя первая ночь взамен на ваше покровительство.