Книга Хозяйка Северных гор 3, страница 81 – Адель Хайд

В порту пахло рыбой, водорослями, пряностями и ещё чем-то неприятным, я подозревала, что отсутствие общественных туалетов привело к появлению этого запаха.

Винацио договорился со стражниками, и, только пристроившись за ними, мы спокойно прошли к складам.

На мне был мужской наряд и берет. Берет меня раздражал больше всего, голова под ним чесалась, и я даже подумывала о том, чтобы отрезать волосы. Останавливало меня только то, что уже через три недели мы можем добраться до Парижа, и тогда, возможно, мне надо будет появиться в своём облике и имени, и как я буду выглядеть с отрезанными волосами?

— Ты слишком прямо держишь спину и идёшь, будто бы в танце, — тихо произнёс идущий рядом Винацио Дандоло, поправляя ремень с кошелём. — Купцы ходят так, словно несут на плечах тяжесть своего товара. Сутулься чуть больше и слегка косолапь.

Я покосилась на него. Я не обиделась на фамильярность, наоборот, было бы странно, если бы он к «младшему брату» обращался на вы. А венецианец за эти недели стал мне почти настоящим братом.

— Я стараюсь, — пробормотала я, нарочито сгорбившись.

— Теперь ты похожа на карлика, укравшего мешок денег, —Винацио еле сдерживал смех. Пришлось толкнуть его кулаком в бок. И Винацио нарочито охнув, изобразил, что его «почти убили».

Пусть хоть так, таким он мне нравился больше, потому что в те чёрные дни, когда мы только покинули Венецию, все мысли венецианца Дандоло были только о мести.

Джаббира мы оставили дома, слишком он был приметен, и встреть мы случайно кого-то из тех купцов с кем я встречалась в Венеции или даже здесь, ещё до того, как отправилась в Византию, то многие могли бы догадаться, кто скрывается под беретом Марио Варгари.

С товаром всё было в порядке, и Винацио, оплатив хранение и доставку до места сбора каравана, сказал, что надо бы ещё посмотреть дополнительный товар. Ткани и специи – это хорошо, но нужны подарки, украшения и красивые вещи, и уж, если Империале выдал нам денег, то мы вполне можем, что-то купить.

Конечно, в порту такого не продавали, и мы отправились в мастеровые кварталы.

Квартал ремесленников раскинулся по узким улочкам вокруг церкви Сан-Лоренцо. Здесь в отличии от порта царили совсем другие запахи и звуки. Стучали молоки, откуда-то доносились удары по металлу, наверное, кузнец бил по наковальне, собственно, так и пахло металлом, кожей, ещё был сладковатый запах духов или воска.

Целая площадь, а за ней и расходящиеся в разные стороны улочки, на которых были расположены мастерские. Вывески над дверями изображали разные предметы, и не всегда можно было сразу догадаться по вывеске, что они здесь делают.

Винацио уверенно прошёл через площадь и вскоре остановился перед небольшой мастерской. Над дверью висела вывеска с изображением кубка и кольца.

— Ювелир? — спросила я.

— Да, — кивнул Винацио, — Мастер Гвидо. Я покупал у него перстень для... — Он осёкся, лицо на миг потемнело. — Неважно. Он честный человек, слава о его работах вышла за пределы его лавки, и работает он быстро.

Не успели мы зайти внутрь, как к нам навстречу вышел невысокий, плотный мужчина лет пятидесяти с проседью в бороде, но с живыми чёрными глазами. Увидев Винацио, он широко улыбнулся.

— Винацио Дандоло! Рад видеть тебя! Ты один? Как твой отец?