Книга Хозяйка Северных гор 3, страница 49 – Адель Хайд

Сэр Беркли вызвал ещё слугу, и мы начали разбирать вещи.

— Зачем вы приехали? — вдруг раздался знакомый голос.

— Джон! Дружище! — повернулся к Джону сэр Беркли, — там было опасно оставаться и погляди какого мне сына родила Мария.

Но Джон смотрел на меня.

Судя по виду, он был вполне здоров, а это значит я верно рассудила, что он собирался снять с себя ответственность за Викторию таким вот странным образом. Но ему не повезло, болезнь не успела сюда добраться, а вот я снова привезла ему леди Викторию и её детей. И мне стало понятно его возмущение.

Одно дело, когда ты хотел умереть героем, а другое дело, когда ты продолжишь нести свою жертвенность словно крест.

Но он не стал препятствовать и помог разобрать вещи, и даже не отворачивался от удивлённых взглядов Седрика и моих тэнов, но сэру Ричарду он представился, как сэр Раниваль.

Нас накормили, и разместили. Дом был не очень большой, но свободная комната для меня нашлась.

Я не стала ложиться, я ждала.

И он пришёл. Остановился у двери, которую я специально не стала закрывать.

— Заходи Джон, — сказала я, — всё же судьба предоставила нам возможность поговорить, и надо ей воспользоваться.

Джон вошёл, но начал со странного:

— Я думал ты найдёшь способ покинуть Византию.

— Это значит, что ты плохо знаешь меня, — ответила я, стараясь сдержать эмоции, которые во мне рождал этот безразличный голос.

— Да, ты предпочла спасать мир вместо того, чтобы спасаться самой, — сказал Джон, и я вдруг поняла, что в моих действиях он ищет оправдание своему поступку.

— Я спасаю не мир, я спасаю своих близких, — сказала я, — потому что, если нам удастся остановить заразу здесь, то она не выберется туда, где живут мои близкие.

— Я тоже спасал своих близких, — прозвучало от Джона.

— И каким же образом? — спросила я, — что-то я не припомню, чтобы мы были в опасности.

— Стефан мне пообещал, что, если его семья будет в безопасности, то он отдаст престол Генриху и войны не будет.

— Но война была, и меня чуть было не обвинили в убийстве королей, — сказала я.

— Да, но ты была против вставать на сторону Стефана, — сказал Джон, — а мне бы пришлось участвовать в войне на его стороне.

И тут я вспомнила все наши разговоры о том, что я не желаю вообще вставать ни на чью сторону.

Джон продолжил:

— Я бы не смог поддержать тебя в установлении независимости Уэльса, Стефан мой сюзерен, я был бы вынужден разорваться между вами.

— И ты предпочёл сбежать?

— Я предпочёл спасти мир, — сказал Джон.

Я вздохнула: «Вот и поговорили».

— Почему ты не вышла замуж? — спросил меня Джон, после некоторого молчания.

— Потому что я получила известие, что ты жив, и меня это почти убило. Я бы не смогла жить с мужчиной и знать, что где-то живешь ты, и, однажды мы можем встретиться, и я не хотела лишать своего сына этой возможности.

— А теперь? — спросил Джон, и мне захотелось его ударить, но я сдержалась, просто переспросила:

— А что теперь, Джон? Ты выполнил долг перед Стефаном. Виктория и её дети в безопасности, у них есть человек, который будет о них заботиться. И это я хочу тебя спросить, а что теперь?

И вдруг Джон сник и сразу как-то постарел.

— Я не знаю, что теперь, — тихо сказал он, и мне вдруг показалось, что он ждёт, что я что-то ему скажу.

Но я тоже не знала, что сказать, вот так бывает, что ты движешься к какой-то цели, а когда достигаешь её, вдруг понимаешь, что не знаешь, что делать дальше.