Книга Бедовая ученица в академии драконов, страница 44 – Анастасия Милованова

— Детей леди необходимо уничтожать или запечатывать их магию. Их сила — связь с Бездной, ключ между нашими мирами, — читаю последний абзац. — В случае запечатывания такой ребёнок проживает не больше пяти лет. Полукровки существуют на грани, не принимая ни драконье происхождение, ни родство с Бездной. Магистрат «Ресталии» выдвинул теорию, что склонение полукровки к магии Бездны провоцирует масштабные прорывы потусторонней армии в наш мир. В любом случае, как и полукровок низших рангов, детей леди лучше всего устранить.

Дочитав параграф, я в задумчивости прикусываю губу изнутри. Переворачиваю книгу и читаю имя автора. Так и думала. Какой-то богатый знаниями и самомнением магистр, судя по титулу — дракон. Всё-то у этих драконов требует уничтожения. Инари — либо подчинись, либо умри. Полукровка — запечатайся и всё равно умри. Какие-то безрадостные выборы дают нам эти хозяева мира. Может, как в случае с инари, полукровки не так уже и плохи?

Подняв взгляд на окно, я словно выпадаю из реальности. Мыслей много, но они какие-то ленивые, с трудом ворочающиеся. Не уверена, что хочу писать о детях леди в своём докладе. Скорее всего, многие драконы из нынешней молодёжи знать о них не знают и, так же как и я, считают, что полукровки — это вот те полулюди-полутвари, которых наши воины встречают на полях боёв. Но в то же время лотр Дорвус потребовал от меня полный доклад, значит, нужно вписать и этот пункт.

Размышления прерывает резкий стук в окно. Требовательный, он тут же поднимает тревогу в душе. Кого там на ночь глядя принесло⁈

Поднявшись, я тянусь к оконной раме и приоткрываю её.

— Это с каких пор вы окна закрываете? — Ворча и стряхивая морось с крыльев, в узкую щель протискивается Чик.

— С тех пор как начались ливни, — лаконично отвечаю я и, сложив руки на груди, наблюдаю за тем, как ворон топчется на месте.

Я всё ещё на него обижена и просто так прощать не намерена. Одно дело, если бы Чик спёр безделушку. Но кулон был по-настоящему мне дорог.

— Я тут это… — начинает ворон, оглядываясь и кивая приползшим поздороваться с ним деткам.

С тех пор как Чик заступил на службу, он и ночевать предпочитает в приёмной. И малышня, искренне считающая его своим если не отцом, то старшим братом, откровенно скучает по ворону.

Ласково погладив Храбреца по голове, Чик смотрит на спящую Эфи и потом бросает вопросительный взгляд на меня.

— Упахалась на тренировках, — поясняю я и вопросительно приподнимаю бровь. — Так зачем прилетел?

— В общем, вот. — Опустив голову, Чик протягивает мне знакомую цепочку с кулоном из лунного камня. — Прости меня, пожалуйста, я правда не знал, что это подарок твоей мамы.

Я молча принимаю украшение, чувствуя поднимающуюся в душе тоску. Сама не заметила, как соскучилась по родным. За всё это время мама прислала всего одно письмо, да и то короткое и по-деловому скупое. Родители у меня хоть и научены грамоте, но писать не любят. Разглядывая капельку, в которой то и дело сверкают лунные блики, я вспоминаю беззаботные дни в поместье Аделис. И почему-то ещё острее ощущаю про́пасть между мной и Райгардом.

— Алиса, ну что мне сделать, чтобы ты не расстраивалась? — взволнованно каркает Чик.

Ворон прыгает по столу и пытается заглянуть в лицо. Переживает так, будто я плачу. И лишь проведя рукой по щекам, я понимаю, что действительно плачу. Слёзы просто скатываются, капая прямо на листы доклада.