Книга Бедовая ученица в академии драконов, страница 81 – Анастасия Милованова

Я смотрю на этого могучего, непреклонного дракона, который ждёт только моего ответа, и понимаю, что больше не хочу ждать. Не хочу продумывать. Не хочу идеальных планов.

Счастливая и немного сонная улыбка расплывается по лицу.

— Пусть приходят, — говорю я и подтягиваю Райгарда к себе за воротник.

Наши губы встречаются. Этот поцелуй не похож на страстные вспышки наших первых дней. Он нежный, медленный, сладкий, как спелый персик. Это поцелуй дома. Поцелуй «я тебя ждала». Поцелуй «я здесь». Его губы мягко движутся в такт с моими, его дыхание смешивается с моим, а его рука находит мою и сжимает её, переплетая пальцы в крепкий, надёжный замок. В этом поцелуе — пять лет взаимопонимания, поддержки и той глубокой, тихой любви, что крепче любой страсти.

Когда мы наконец останавливаемся, он прижимает лоб к моему, и мы просто дышим, раскачиваясь на качелях.

— Да, — тихо, почти в его губы, выдыхаю я.

Он замирает.

— Да — что, Алиса? — Его голос звучит расслабленно, будто Райгард и не собирается присоединяться к гостям.

Приподнявшись на локтях, я смотрю ему прямо в глаза и повторяю чётче, улыбаясь до ушей:

— Да.

Он моргает. Один раз. Два. Видно, как в его голове шестерёнки мыслей проворачиваются, пытаясь понять контекст. Дракон ищет в моих глазах намёк на шутку.

— Да… чему? — в недоумении спрашивает Райгард.

— Твоему предложению, любимый, — смеюсь я, ощущая, как внутри всё переполняется счастьем и лёгким, щекочущим нервы волнением. — Тому, что ты делаешь мне каждый год в этот день. Да, я готова. Да, я хочу.

Лицо Райгарда застывает. А затем эмоции на нём сменяет одна другую. Сначала — полное непонимание, а следом — медленное прояснение. Его глаза вспыхивают штормовым огнём, вертикальные зрачки сужаются до тонких чёрточек от переполняющих дракона эмоций. И вот оно — то самое выражение, ради которого стоило ждать эти пять лет. Чистая, ничем не омрачённая радость.

— Серьёзно? — недоверчиво выдыхает он.

Я молча киваю и чувствую, как на глаза наворачиваются предательские слезинки.

— Ты точно этого хочешь? — переспрашивает муж, как будто боится, что ослышался. Его руки сжимают мои плечи.

— Да, Райгард. Да, мы сыграем свадьбу. Сегодня. Сейчас. Если ты ещё не передумал.

Вместо слов дракон прижимает меня к груди так крепко, что у меня перехватывает дыхание. Его сердце бьётся под моей щекой часто-часто, как у пойманной птицы.

— Передумал? — Он целует меня в макушку, в виски, снова в губы — быстрыми, ликующими поцелуями. — Алиса, я теперь окончательно счастлив. Даже не сомневайся.

Он поднимает меня с качелей на руки, как драгоценность, и несёт к выходу из беседки.

Спустя всего лишь час я стою на небольшой сцене в нашем саду. Пространство вокруг залито мягким светом магических фонариков. На мне — жёлтое платье. В волосах, уложенных Себастьяном с особым тщанием, — только скромный венок из живых жасмина и незабудок, который сплели для меня девочки из Штормовых сестёр. Ни пышного белого одеяния, ни длинной фаты, ни толпы незнакомцев.

Рядом со мной — Райгард в самом простом, но оттого не менее величественном тёмно-синем мундире. Вместо священнослужителя перед нами — лотр Граймс, чей голос дрожит от искренней радости. А вокруг, на стульях и просто на траве, сидят и стоят те, кто для нас по-настоящему важен. Мои родители, счастливые и плачущие. Братья и сёстры, старающиеся не шуметь. Семья Аделис. Никс с одной стороны матери, и Стиксия — с другой, и я клянусь, что вижу, как их пальцы почти соприкасаются на спинке стула. Эфи, улыбающаяся первой за сегодня настоящей улыбкой, со Сплюшей на коленях. Рейда, что-то шепчущая подруге-драконице. Здесь все, кого бы я хотела видеть.

И чуть поодаль, в тени старой яблони, двое в простых, но безукоризненно скроенных дорожных плащах. Мужчина с гордой осанкой и женщина с невозмутимым лицом. Айрнгард и Юмия. Они не хлопают, но я вижу, как брат Райгарда одобрительно, по-мужски кивает ему, а императрица даже позволяет слабое подобие улыбки.

Это не та свадьба, которую представляет себе большинство девчонок. В ней нет помпезности, нет искусственных эмоций. Но в ней есть душа. Эта церемония наша. И она самая идеальная.

И когда Райгард после слов «объявляю вас мужем и женой» целует меня под дружные, счастливые крики наших самых близких, под треск Храбреца, запускающего в небо фейерверк из сотен светлячков, и под тихое, благословляющее урчание Жоры у наших ног, я знаю: вот оно — начало всего. Истинное.

КОНЕЦ.