Книга (не) настоящий пират для поддельной рабыни, страница 97 – Наталия Ош

— А там был не только «Гламорган», — невинно произнесла я, поковыряв пальчиком вышивку на кресле.

— Знаешь, леди Кайез, иногда я тебя побаиваюсь, — признался Курт.

— Раз мы перешли к откровениям, может ты мне все же расскажешь, что за история с канарейками и спасением? — без особой надежды спросила я.

Курт отложил бумаги, откинулся на спинку своего кресла.

— Но после этого, ты пойдешь спать, — сказал он, я кивнула. — Ты видела в храмах цветы?

— Да, очень красивые, — подтвердила я, еще не понимая к чему он клонит.

— Это дельфиниумы, — продолжил Курт. — Моя мама их очень любила и считала, что это символ единства воды и воздуха. Но так как княгиня не могла уделять должного внимания цветам, этим занималась какая-то женщина. Я не помню зачем, но сорвал цветок. Та старушка подошла ко мне… В общем она тогда сказала, что однажды придет свора, что погубит род Беркутов, но меня пять раз спасет канарейка и канарейка же возродит Ыджит Кутшей и вернет то, что было погублено. Потом она велела отдать цветок морю и попросить Бога морей о покровительстве, ведь мне предстоит много лет зависеть от его милости, пока такой же погубленный цветок не появится в моей жизни, вот тогда мне нужно будет сделать все, чтобы уберечь его… И ты знаешь, с самой первой встречи, я чувствую, что ты пахнешь именно этими цветами.

— В нашу первую встречу я воняла трюмом галеона и прочей мерзостью, — возмутилась я.

— Тебе только так кажется, — усмехнулся он. — А теперь спать.

После этих слов, что-то изменилось в Курте, он замер, а взгляд стал невидящим. Резко поднявшись из-за стола, он подошел к шкафу у стены, убрал книги с полки, что-то сделал внутри и замер.

— Курт, — позвала я тихо.

Вместо ответа раздался хохот, потом он притих. Я не торопила, пытаясь понять, что он нашел в тайнике.

— Пять раз, — едва слышно произнес он, чем-то шелестя.

— Курт, — уже настойчивее повторила я.

— Первый раз, — заговорил он четко, продолжая что-то пролистывать. — Твой отец спас меня, я этого не помнил. Второй раз — корабль, потом ты и бриг, снова ты, вытащила меня из тюрьмы…

— Четыре, — поддержала я его рассуждения. — Хочешь сказать, что мне тебя в пятый раз спасать придется?

— Уже, — улыбнувшись ответил он, резко обернулся ко мне держа в руках пожелтевшие бумаги. — Ты согласилась стать моей женой.

Сонливость слетела с меня вмиг, как только я увидела герб рода Вьюрок на протянутом мне документе, подскочив, схватила бумагу и стала читать ее содержимое. Вчитываясь в текст договора, я сбивалась, перескакивала со строчки на строчку, перечитывала снова. Руки ходили ходуном, а глаза наполнились слезами.

— Мы… Мы… — не смогла произнести я.

— Мы должны были пожениться, когда тебе исполнилось двадцать один. Немного опоздали, — усмехнулся Курт.

— Тут же прописано все, флот, земли… — я подняла взгляд на Курта, но пошатнулась и упала обратно на кресло. — Зови Никласа, это то, что он ищет.

Найденные Куртом бумаги ошарашили настолько сильно, что спать уже не хотелось никому. Прибежавший из архива Никлас подтвердил, что это те самые документы, что должны легитимизировать нового князя Беркутов. И самое главное, что у Курта было кольцо, которое отдал ему Виктор.

— Почему ты не рад, что мы нашли бумаги? — тихо спросила я, лежа в постели в объятьях Курта.