Книга (не) настоящий пират для поддельной рабыни, страница 62 – Наталия Ош

Съев слегка теплую серую бурду, именуемую похлебкой, я зажала рот руками и подбежала к гальюну.

Сидя прямо на полу, я вытерла трясущимися руками слезы.

— Женушка моя, — тихо сказал Курт, подхватывая меня на руки.

— Все хорошо, просто…

Курт бережно положил меня в гамак, поправил косу, что теперь доходила до середины спины.

— Я тут, только лекаря позову.

— Не надо. Это просто от еды, — схватила его за руку, чтобы не уходил.

Курт грустно улыбнулся и, медленно освободив пальцы, подошел к двери и крикнул в коридор:

— Лекаря в капитанскую каюту!

Никлас не заставил себя долго ждать, а вскоре я не знала, как мне быть. Теперь я точно останусь на Аперее, но мы даже не можем туда добраться.

Курт устроился рядом со мной на гамаке, как только Никлас, грустно улыбаясь, вышел из каюты.

— Иди сюда, — притягивая меня к себе и устраивая на плече сказал муж. — Ты сделала меня счастливым в самый необычный момент.

Его пальцы начали расшнуровывать мой корсет. Я тихо шмыгнула носом.

— Ну же, — усмехнулся Курт. — Чего ты испугалась?

Молча замотала головой, боясь произнести вслух свои мысли. Курт начал едва ощутимо водить кончиками пальцев по моему, пока еще плоскому, животу.

— Знаешь, — тихо заговорил Курт. — Год назад, мы собирались вернуть мне Беркутовы скалы. Только планы у нас с Биллом были разные. Он хотел меня женить на какой-нибудь магичке из знатного, но бедного водного рода. Дальше я мог выкупить у них земли и титул, потом полноправно претендовать на Беркутовы скалы. Я же просто хотел взять их штурмом.

Я тяжело вздохнула, вспоминая случайно подслушанный когда-то давно кусок разговора. Обняла Курта, удобнее устраиваясь на его плече.

— В один из дней мы так сильно поругались, что решили возвращаться на Аперею. Провизии на обратный путь нам не хватало, а наши были все далеко. Поблизости оказался торговый корабль воздушников.

Я не сдержала смешок.

— Билл пошел на уступки, и мы отправились к Помариэлу. Самыми сложными были четыре дня, что ты провела без сознания.

— Как четыре? — вскинула я голову, глядя на Курта. — Мне казалось, что я уснула вечером, а проснулась утром.

— Так и было, но между ними прошло еще четыре дня.

— Подожди, получается, что когда я тебе рассказывала про Скуала и рабов…

Курт молча кивнул.

— Вот почему ты мне поверил... А в сундуке зачем запер?

— А ты как думаешь? — усмехнулся он.

— Ты тогда меня рисовал? — задала я новый вопрос, поняв, что Курт выходил на палубу для проверки курса.

— У меня было время подумать. Мне хотелось узнать, что такое, когда ты сам кому-то нужен, когда ты можешь защитить. А когда ты очнулась, то я убедился в том, что не смогу тебя отпустить. Билл же надеялся, что ты сбежишь, — Курт усмехнулся, вздохнул и продолжил свой рассказ. — Потом мы вернулись в Аперею. Ты попросилась в следующий поход. Я не знаю, что ты со мной творишь. Видя твои слезы, я готов совершать глупости, только бы ты успокоилась. И вместо того, чтобы собрать всех, я решил еще год продолжить заниматься нашими схемами.

— Получается, что я не дала тебе вернуть дом дважды…

— Ты не дала мне совершить ошибку. За этот год я понял, что мой дом — это ты сама.

— А что за история с канарейками? — спросила я.

Курт уже хотел ответить, как в дверь каюты забарабанили: