Книга После развода. Любовь на осколках, страница 9 – Алекс Рубин

Замираю. Это так мило, когда большой и сильный мужчина подхватывает на руки двух хохочущих детей и несет их в кухню, а они наперебой что-то лопочут и машут ногами.

В носу начинает щипать, я чувствую зависть и легкую иррациональную обиду. Ведь и у меня могли бы быть такие же чудесные малыши. Пытаюсь представить на месте папы Макара… Нет, не получается.

Но ведь босс сказал, что не женат. Солгал? Но зачем? Или живет без регистрации? Это сейчас норма. А вообще, какое мне дело до его семейного положения?

Умывшись, долго смотрюсь в зеркало. Опять хочется реветь, но я плещу в лицо холодной водой и громко, шумно выдыхаю. Мне очень не хочется встречаться с женщиной Артемьева. Она точно будет ухоженная, холеная, уверенная в себе. А тут я… В оранжевых носках и с синяком.

Комплексую, хотя понимаю, что это просто глупо. Не станет же она ревновать меня к мужу? Или станет? Я бы ревновала… наверное.

Интересно, а ревновал ли меня когда-нибудь Макар? Да, я не давала повода, но мы ходили на корпоративы, где меня часто приглашали танцевать коллеги. Макар всегда кривил губы, но сам танцевать не любил, предпочитал оставаться за столиками и вести беседы с нашими пожилыми начальниками производства.

Хмурю лоб, вспоминая реакции мужа. Вот тоже дурная привычка, хмуриться. Уже морщинку себе на лбу нахмурила. Разглаживаю ее пальцами. Выгляжу хуже некуда, а так хочется… Глупости это все!

И опять болезненно ударяет под ребрами. Макар мне год изменял. С Веркой… А ведь его брат с нею развелся из-за ее походов налево. Раньше Макар говорил, что она слаба на передок, а сам тем временем вовсю пользовался этим передком.

Трогаю кончиками пальцев синяк. Это Макар попал локтем мне в лицо. Не специально, но очень удачно. Такого фингала у меня даже в детстве не было, хотя я всегда была задиристой и драчливой девочкой.

На полке среди шампуней и мыла лежит коробка с мазью, читаю инструкцию и только после этого густо намазываю щеку.

— На ринге в красном углу великий боец Натаниэлла Серова.

Причесываю волосы и со вздохом выхожу из ванной. Прятаться бессмысленно, все равно меня уже видели со всеми моими синяками, смешными носками и резиновыми тапочками.

— Ната Пална! Дуй к нам! — раздается голос Артемьева.

Иду на кухню и замираю в проходе. На меня смотрят пять пар глаз.

Натали

— Здравствуйте, — здороваюсь растерянно и едва сдерживаюсь, чтобы не юркнуть за стенку.

Больше всего мне сейчас хочется сбежать. Вызвать такси и рвануть домой. Что я вообще здесь делаю? Это было какое-то помутнение после ареста. От облегчения, что все позади, я согласилась на странное предложение Артемьева. Да и он хорош! Зачем привез меня к себе? Разве я не могла бы умыться дома? Сейчас его слова звучат не менее странно, чем мое согласие поехать с ним.

— Знакомьтесь, наш главбух Ната Пална, — не обращая внимания на мою растерянность, громогласно объявляет Артемьев. Он уже переоделся в легкие штаны и белую футболку, которая обтягивает крепкое спортивное тело. Сейчас он выглядит еще внушительнее, чем в костюме. Стоит Глеб у навороченной кофеварки, в руке чашка. По кухне расстилается мягкий аромат свежего кофе. — Это моя ба, Анна Васильевна, — указывает он на величественную полную женщину. Назвать ее старушкой у меня язык не повернется. — Мои дети, — очередной кивок. — Старший — Макс, а двойняшки — Машка и Мишка.