Книга Болотное предание, страница 28 – Ольга Лопатина

Вспоминался и Вадим, коловший для неё орехи и срывавший первый весенний ландыш, который Чистозвана сразу ставила в глиняный сосуд. Вадим обычно срывал один цветок, говоря, что луна на небе одна, такой, как Чистозванка, как он её иногда называл, больше не найти. И только один цветок достоен быть в её руках. А остальные ландыши пусть цветут, распространяют свой аромат и радуют иных жителей веси. Порой Чистозвана плела венок из полевых цветов и пускала его по волнам Итиля.

Тревоги, подготовка к смерти и счастливые воспоминания окончательно вымотали девушку, и к ней пришла супружеская пара — Сон и Дрёма. Она видела во сне струги, плывущие по Итилю, и ворона, парящего в небесных просторах. Затем она увидела лебедей, которые унесли Вадима в тёмный лес, и тут её сновидение прервалось. Чистозвана протёрла сонные глаза, стряхивая с себя остатки дрёмы, выглянула в слюдяное оконце терема и увидела зарю-заряницу, обволакивающую город своими золотисто-алыми лучами. Скоро на небо вступит остророгий барашек-месяц, который осветит сцену убийства князя. А жить Чистозване остаётся только до новой зорюшки. Так решила её Недоля да Лихо одноглазое. Так помстились Суденицы и Мокошь светлая неумелой пряхе. Не под венец, а в могилу ступят хрупкие ножки Чистозваны. Многие семьи отказывались породниться с плохими рукодельницами. Бывали и такие случаи, когда большухи, чтобы выдать неспособную родичку замуж, обращались к признанным мастерицам, дабы те за них спряли пряжу и соткали полотно. Только плохо приходилось им в замужестве. Свекровь на неумеху кидалась коршуном. Да и муж мог сорвать зло на обманщице. Чистозвана повертела в руках кушак, который она купила на торжище для того, чтобы прикрыть глаза Угольку или Величане. Вышло так, что из этого кушака она соорудит себе петельку или булатом заколется. Последнее предпочтительнее. Но главное сначала убить князя.

Тут в горницу влетела Величана. Как была непохожа разумная, спокойная, немного насмешливая старая женщина на эту всклокоченную, точно кикимора, растрёпу.

— Беда. Наводнение. На нас сам Итиль ополчился. Ой, что делать, что делать?

Со сна Чистозвана не сообразила, о чём толкует бабушка. Столица Хазарского каганата тоже называлась Итиль.

— На нас напали хазары?

— Если бы. От них мы бы ещё отбились. Всё гораздо хуже. Могучая река разрушила дамбу и вышла из берегов.

— И как же нам теперь быть?

— Не знаю. Князь страшно зол, а волхв Велислав возмутил народ. Говорит, что это кара за то, что князь нарушил покон. Вот Боги на него и прогневались. Даже сказку вспомнил про князя, который планировал взять родную сестрицу в жёны. Люди взбунтовались, река бушует, теперь жребий бросают, кому быть жертвой.

Чистозвана замерла. Одной опасности избежала, да от другой — не спаслась.

А потом раздалось робкое постукивание

Казалось, что приблудный котёнок скребётся когтями в дверь.

— Это убийца, — решила Чистозвана.

— Дурища! — Воскликнула Величана. — Ты думаешь, что убийца будет стучать в дверь?

Чистозвана на цыпочках подошла к двери и отворила её. На пороге стояла бледная Милава, которая тут же потеряла сознание.

— Всё ясно, — обречённо сказала Величана, — эта варяжская шлюха не припёрлась бы просто так.

— Как вы грубы, бабушка. Парча не создаст боярыню из обычной простолюдинки. Вы как были, так и остались жительницей веси.