Книга Формула зла, страница 47 – Рик Мофина

— Я облажалась. Мне нужен клаб-сэндвич с хлебом из цельной пшеницы, а также фри и «коул слоу» для девятого столика.

Продолжая следить за шипящим грилем, глубокой фритюрницей и плитой, Мел и Бренда, новый повар, посмотрели на Сару. Мел перевел взгляд с официантки на тарелку и обратно. Лицо шефа выражало озабоченность, но в то же время чувствовалось, что его терпение вот-вот иссякнет. Он не мог вечно делать Саре поблажки, даже несмотря на трагедию.

Мел кивнул.

— Сейчас все будет, детка.

Бренда поставила две тарелки в окно выдачи.

— Маленький овощной суп и половинка сэндвича с курицей на ржаном хлебе для седьмого столика.

— Это мне, – пояснила Сара и вышла с кухни, чтобы забрать заказ. Телефон завибрировал: пришло напоминание об очередном платеже от дома престарелых «Сильвербрук-Хиллс». Сара открыла письмо. Не срочно, но все-таки тревожно. Пробежав глазами малопонятную юридическую терминологию и описание тарифных планов, она дошла до пункта, где было указано, на сколько повысится стоимость ежемесячного содержания ее матери в «Сильвербрук-Хиллс».

Гораздо больше, чем мы можем себе позволить.

Изменение цены ожидалось через полгода.

Отложив смартфон, Сара взяла тарелки. Суп и сэндвич предназначались для пожилой дамы, которая сидела одна за небольшим столиком. Когда Сара принимала заказ, лицо клиентки показалось ей знакомым, но она так и не вспомнила, где видела старушку раньше. Сейчас женщина смотрела поверх очков на прозрачное окошечко бумажника, предназначенное для фотографий. Само воплощение одиночества, подумала Сара.

— Овощной крем-суп и половинка сэндвича с курицей на ржаном хлебе. Приятного аппетита. – Она поставила поднос на стол. – Хорошее фото. Это ваша семья?

— Да. Спасибо.

— Семья – это главное, – сказала Сара.

— Боже, вы абсолютно правы. У вас есть дети?

— Дочь.

— Ах… – Женщина улыбнулась. – Дочь всю жизнь остается дочерью.

— Говорят, что да, – улыбнулась Сара. – Что-нибудь еще?

— Нет, спасибо.

Радуясь, что ничего не перепутала в заказе, Сара вернулась к делам, и тут ее осенило. Она оглянулась. Может, она видела эту даму на похоронах Анны? А если женщина из тех, кто с подозрением смотрел на них с Кэти? Трудно было сказать наверняка. Она толком не запомнила. Должно быть, подруга Шоу, решила Сара, унося грязную посуду с шестого столика. Клиент, сидящий за вторым, попросил яблочный пирог и еще одну чашку кофе.

Работая, Сара боролась с тревогой, которая одолевала ее из-за вечно возрастающей финансовой нагрузки. Теперь ей предстояло найти недорогую няню для Кэти. К счастью, пока помогали друзья. Например, соседка Вэл Росси, бортпроводница на пенсии. Каждое утро она вставала ни свет ни заря и шла на прогулку со своим ретривером Бинго. Узнав о трагедии, Вэл принесла соседям лазанью и настояла на том, что будет присматривать за Кэти и отвозить ее в школу в те дни, когда у Сары утренняя смена.

Колокольчик, чуть слышно звенящий в глубине сознания, зазвучал громче, заставив Сару посмотреть в глаза своему самому главному страху: гибели Анны.

Что же случилось на скале? Как подвеска оказалась у Кэти? Почему Сара вообще задается этим вопросом? Возможно, у нее просто развилась паранойя. Мысли путались. Помогут ли дочке встречи с доктором Мехтой или откроют дверь в нечто столь жуткое, что нельзя и представить?