Книга Куница. Том 5, страница 61 – Вадим Оришин

Данко покосился на Мартена.

— Я встретил отца второй раз в жизни. Имею я право с ним поговорить? — проворчал парень.

Степан криво улыбнулся.

— Отца? Данко, какой из меня отец? Отец — это тот, кто воспитывает и растит человека, а не тот, кто провёл с его матерью одну ночь. Как там звали мужа твоей матери?

— Это не имеет значения, — насупился Данко.

— Ну, для меня это действительно не имеет никакого значения. Это важно для тебя. Тебя воспитал он, характер заложил он, вырастил он. А я, как ты верно отметил, вижу тебя во второй раз. Дмитрий и тот в твоей судьбе большее значение сыграл, чем я.

— А ему ты был отцом? — спросил Данко.

Степан задумался ненадолго.

— Пожалуй, нет. Дмитрий часто общался с моим отцом, приезжал сюда при любой возможности. Моё влияние на его воспитание было скорее отрицательным. Получается, не осталось у меня детей. Только Мишу и Лару действительно воспитывал и растил я. Хотя…

Степан залпом опустошил бокал, сморщился, но от протянутой Евгением закуски отказался.

— На Мишу тоже сильно Дмитрий повлиял. На тебя, — Степан посмотрел на Данко, — тоже. Так что, Данко, если ты чего-то особенного ждал от встречи со мной — напрасно. Счастливого воссоединения семьи не будет. По крови мы не чужие друг другу люди, но не более того. То, что я для тебя уже сделал — максимум, который я вообще могу сделать, не поругавшись с родом.

Данко насупился и отвернулся. Степан протянул Евгению бокал.

— Знаешь, это я предложил Ларисе отправиться вместе с Дмитрием. Я был уверен, что рядом с ним безопасно. Ещё шутливое внушение ему сделал, да и Мише, чтобы сестру защищали. Думал, она будет либо рядом с ними, либо под охраной. А вышло всё вот как.

Управляющий вернул наполненный бокал.

— Говорить, что твоей вины в этом нет, не буду, сам знаю, насколько это бесполезное занятие.

Степан повернулся к Данко.

— Оставь нас, Данко. Дай посидеть в мужской компании.

Парень хмуро посмотрел на Мартена, резко встал и вышел из комнаты.

Грузия. Горная дорога

Январь 1984 года

Ночью выпал снег. Внедорожник мял колёсами белый ковёр, покрывающий дорогу. За рулём сидел Михаил, на пассажирском сидении расположился Максим, подсказывающий, куда ехать. Девушки заняли диван, Хлоя дремала, Ольга смотрела на долину внизу, Кэтино откинула голову назад и сидела с закрытыми глазами. Солнце едва показалось из-за вершин, и свет на глазах Ольги заполнял долины и склоны.

— Красиво у вас, — сказала Тихомирова.

— Да, красиво, — согласилась грузинка.

Машина выехала на серпантин, Михаил притормозил, сосредоточившись на резких поворотах.

— Не напрягайся так, колёса зачарованы, даже по льду особо скользить не будет.

— Я не скольжения боюсь, а с дороги уехать, — ответил Шемякин. — Ограничителей-то никаких нет.

Выехав с очередного поворота на короткую прямую, Михаил затормозил.

— Это что за красавцы? — задал Максим риторический вопрос.

Дорогу перегородили два бронированных внедорожника, вокруг которых расположился десяток бойцов с автоматами. Бойцы носили полные комплекты брони, на головах шлемы, лица прикрывают у кого маски, у кого щитки. Крыши внедорожников украшали пулемётные точки, и пулемёты были направлены почти на дорогу, лишь немного отклонены в сторону.

— Кэтино, узнаёшь их? — спросил Максим.