Книга Сын Палача. Том 3, страница 136 – Андрей Ткачев, Вадим Оришин

— Всё!

Якорь потерял стабильность, мне оставалось лишь не дать ядовитой энергии растечься по телу Йонетт, выводя наружу. Девушка лежала в позе эмбриона у стола Кирка, держась за живот. Была она бледна и явно испытывала массу далеко не самых приятных ощущений. Кирк умер, мёртвое, покалеченное магией, тело сидело на кресле. Отвалившаяся в районе плеча рука лежала рядом, живот провалился, и вообще выглядел Кирк отвратительно. Наглядное пособие по последствиям неразумного общения с демонами.

— Подожди, попробую что-нибудь сделать.

Заявление было оптимистичным, борьба с демоном и так меня истощила, требуя неприлично много концентрации, но я заставил себя снова сосредоточиться. Физически Йонетт была в порядке, чего нельзя сказать о магическом состоянии. Последняя атака демона, да и вырванный якорь, всё это зияло ранами, и я не был уверен, что могу что-то сделать. То есть поставить нечто вроде заплатки, чтобы энергия не сочилась — могу, а если это помешает естественной регенерации? Воссоздавать разорванные структуры — долго, сейчас у нас нет времени на это.

Быстро латаю самые толстые каналы, чтобы у Йонетт были силы хотя бы покинуть крепость.

— Встать сможешь?

— Меня так просто… — Цепная сплюнула целую лужу крови на пол. — Ох… Это плохо…

И всё равно, опираясь на мою руку, поднялась.

— Пошли. Где ты там сумку оставил.

Выходим. Удостоверившись, что никто нас не видит, запечатываем кабинет. Использую всё, что не требует много времени и не сильно фонит в пространство. Идём к сумке, Йонетт спотыкается раз через пять шагов, но с каждой секундой выглядит всё лучше. Не настолько, чтобы не волноваться, но кровью не харкает и падать не спешит. Забираем сумку, идём в какой-то пустой угол. Девушка переодевается, так быстро, как может. Получается у неё не особо бодро, но уже через десять минут она готова идти дальше. Сумка, после недолгих раздумий, была оставлена здесь и спрятана, чтобы не нашли сразу.

— План есть? — спрашиваю, не особо надеясь на положительный ответ.

Цепная отрицательно качает головой:

— Нет. Импровизируем.

Снова идём. Путь мне незнаком, но я за эти дни не научился ориентироваться в немаленьком подземном комплексе.

— Если что, будем с боем пробиваться? — спрашиваю.

Запоздало понимаю, что неуместная шутка — следствие нервного напряжения. Цепная в тон мне ухмыляется.

— Ага. Я беру на себя магов, ты паладинов. Я — безмолвных, ты — простых солдат. Плёвое дело.

Поворот на лестницу, уходящую вверх. И спускающийся Моритас, явно удивлённый нашему здесь появлению.

— Куда это вы с утра? — маг выразительно посмотрел на меня, по Цепной лишь мазнув взглядом.

И хорошо, если сейчас присматриваться к Йонетт, можно обнаружить, насколько девушке плохо.

— Я нашёл ошибку в построении контролирующего контура, — складываю руки на груди и натягиваю на лицо усталое выражение. — Вообще-то, ошибок там хватает, но большинство некритично. Критичная ошибка есть в построении блоков псевдоразума.

Моритас пожал плечами:

— Пока никаких проблем не было, нам бы сразу доложили.

Киваю:

— А пока и не будет. Вылезет через полгодика, примерно. Тот, кто создавал блок, не учёл сопряжение Фигерса-Донлога-Бижара, накопление в повторяющем контуре до критического перенасыщения.

Моритас нахмурился, пытаясь вспомнить курс теоретической магии.