Книга Пути Великого Предка, страница 38 – Александр Лобанов, Иван Смирнов

На этом моменте он сделал перерыв, позволяя запамятовавшим зрителям обратится к местным букмекерам. Тем не менее, пауза не длилась долго и уже вскоре комментатор продолжил подогревать толпу пафосными и бессмысленными речами, а толпа собралась большая. По ощущениям на трибунах колизея находилось никак не меньше четверти, а то и вовсе трети всего населения столицы.

Здесь присутствовали все слои населения. Всё потому, что даже самых бедных и слабых, без особой платы, пускали на дальние ряды. То что можно назвать средним классом занимало большую, центральную часть колизея. Там имелась куча объединений, начинаю от расовых, до тех кто болел за кого-то определённого. Из-за чего казалось что балом правит хаос.

Ближайшие ряды, само собой, достались самым состоятельным зрителям. Хотя, по-настоящему богатые и уважаемые разумные восседали в нескольких ложах, отделённых от остального плебса и имеющих самый лучший вид.

При этом они и сами словно бы красовались, позволяя народу любоваться на аристократов, совет «свободных карни», на почётных гостей этого совета и конечно же на лидера расы карни, что монументом возвышался на отдельном пьедестале-троне.

Собственно, чтобы посмотреть на своих кумиров люди в основном и приходили в колизей. Кроме того это было единственное место, где можно увидеть всю гонку, со всеми самыми яркими моментами, благодаря десяткам экранов-иллюзий, куда транслировался вид с артефактных камер, парящих над колизеем.

«Свободные» карни не жалели денег на организацию шикарного шоу.

Но толпа меня не особо интересовала. Вместо этого я переключил внимание на то, что меня окружало. А если точнее, то на своих соперников.

И должен признать, что их количество поражало. Больше тысячи существ!

Лучше всего это было видно на одном из магических экранов, что висел над колизеем: вся арена от края до края заполнена шевелящимся озером плоти, в котором невозможно угадать разумных. А если окинуть взглядом трибуны арены то возникало ощущение, что это даже не озеро, а огромный чан до краёв наполненный хаотичным коктейлем чувств, эмоций и страстей. И всё это с зонтиком из острого азарта.

Хотя даже у подобной антропоморфной массы имелась какая-никакая структура. Например, чётко выделялось через какие ворота начнётся гонка: всё внимание сконцентрировалось в ту сторону. Кроме того каждый кто имел ездового питомца оказывался вытеснен к этим воротам. Тех кто полагался на свои ноги, как я и предполагал было большинство, но они не лезли вперёд благоразумно не желая быть затоптанными в первые секунды гонки.

— Хорошая Мурка. Умная Мурка. Добрая Мурка, — я почёсывал макушку своего ездового паука, стараясь успокоить паучиху.

Помимо слов, я также дублировал посыл через связь, созданную одноимённым умением. Конечно, можно было бы подождать сигнала к началу соревнования и не тратить лишний опыт, но я считал иначе. Всё же это умение не только позволяло передавать команды, но также позволяло понять, что беспокоит питомца. И лучше возникшие мелочи узнать и исправить до гонки.

То что сверху казалось хаосом, изнутри было крайне шумным и нервным. Я конечно не работал локтями, чтобы разогнать других участников, но от Мурки до ближайшего питомца-звекера Мари насчитывалось буквально пара шагов — меньше метра. Другие звекеры переминались с лапы на лапу не намного дальше. Как оказалось, именно эти ездовые звери являлись основным транспортом, как среди карни, так и среди других разумных рас ближайших регионов.