Книга Князь Целитель 5, страница 51 – Андрей Ткачев, Сергей Измайлов

— Ну вот и я не знаю, — уже тише сказал мой наставник и опёрся лбом на открытую ладонь. — Но, что бы это ни было и зачем бы это ни было, это надо остановить и искоренить. И, чем быстрее — тем лучше.

— А не проще будет сбросить туда несколько мегатонн? — спросила Евгения, уставившись расширенными глазами прямо перед собой.

— А у тебя есть гарантии, деточка, то от такого подарка Аномалию не размажет на половину Сибири? — спросил у неё Герасимов. — Это был бы неплохой вариант, только я бы заряд немного поменьше сделал. Но мы понятия не имеем, как поведёт себя бомба в условиях Аномалии и как сама Аномалия отреагирует на это всё. Да о чём мы, в принципе, говорим? Это по-любому не нам решать, но если мы можем хоть что-то сделать, чтобы прекратить подобные эксперименты, то мы это сделать просто обязаны. Я сегодня же отправлю отчёт по новым исследованиям и в обязательном порядке опишу процесс превращения и изложу теорию лавины. А пока на этом закругляемся, кажется, я слышу вой сирен, скоро будем работать по основному предназначению.

Мы втроём молча поднялись со стульев так, словно нам загрузили рюкзак кирпичами, и вышли в коридор. Впереди нас ехала буфетчица с тележкой.

— Ну что ж так не везёт-то, а? — воскликнул Герасимов, всплеснув руками. — Сегодня мой любимый рассольник с резиновой перловкой, а к нам как раз раненых везут! Хуже и не придумаешь, чем сначала работать на голодный желудок, а потом есть всё остывшее.

— У меня есть к вам предложение, — сказал я, когда мы поравнялись с открытой дверью ординаторской, где буфетчица выставляла на стол рассольник, картошку с рыбной котлетой и компот.

— Это какое же? — спросил Анатолий Фёдорович, потянув носом воздух из ординаторской и закрыв глаза.

— Вы идите обедайте, а мы с Евгенией пока поработаем, — я сказал это так спокойно и уверенно, как будто я пообещал ему самостоятельно дорогу перейти на светофоре.

— И я им помогу, — подхватил материализовавшийся из ниоткуда Костик.

— Эликсиры я взяла, — добавила Евгения, показывая штатив с полными пробирками.

— Да? — с сомнением спросил Герасимов, обводя нас троих испытующим взглядом. — А давайте!

— Спасибо, — сказал я и невольно улыбнулся.

Раз он согласился, значит, он поверил в меня и в мой пятый круг. Заведующий приёмным покоем ушёл в ординаторскую, а мы втроём вышли на крыльцо госпиталя, встречая взглядом несколько спешащих к нам автомобилей скорой помощи. Гвардейцы открыли ворота и три машины въехали на площадку.

Всё завертелось, как обычно, с одним только отличием, я сейчас за старшего, но почему-то не распирало от гордости, а наоборот, было волнительно. Главное, что не страшно. Раненых было не так много, из трёх машин вытащили пять носилок и человек восемь смогли вылезти сами или при помощи своих товарищей.

— Женя, Костя, займитесь ходячими, остальные на мне, — сказал я своим временным подчинённым и быстро окинул взглядом выстроившийся передо мной ряд носилок.

Первым я подошёл к бойцу, у которого было больше всех повязок, одна из них в правой половине грудной клетки. Молодой парень уже не стонал, а лежал, закатив глаза. На сонной артерии пульс едва прощупывался. Рана на груди страшная, но на момент осмотра не кровоточила, признаков пневмоторакса нет. А вот на правом бедре мощная повязка полностью пропитана кровью и с неё кровь растекалась по носилкам.