Книга Последний из рода. Том 2, страница 40 – Георгий Сомхиев

В отличие от тёмного пламени.

Оно не обжигало. Наоборот, от одного его присутствия по коже от холода бегали мурашки.

Спокойное, словно поглощающее собой весь свет, оно казалось мне таким близким и меж тем давно забытым.

На мгновение сердце защемило от грусти… От тоски по тому, что я никогда не видел, но почему-то помнил.

Становилось всё труднее разобраться в собственных чувствах. Благо это длилось недолго.

Я почувствовал, как во мне формируется второе ядро. Хотя на сферу оно было мало похоже — скорее уж на странное сердце чёрного цвета, в которой текла… мана?

Вместо привычного мне синего цвета, она была тёмной, словно кто-то бросил в воду чернила.

Тело стало ещё сильнее обдавать холодом. Я отвлёкся и увидел, что сфера впереди меня горит тёмным пламенем, а с ней горю и я. Весь мир словно бы горел, и мы сгорали в пустоту.

В место, где не было даже тьмы.

То, куда я попал, было бы невозможно описать словами. Как описать то, чего нет? Ни белого света, ни темноты, ни чувств, ни времени, ни пространства, вообще ничего.

И всё что можно было делать, это мыслить.

Не могу сказать, сколько времени я пробыл там, но в какой-то миг мир стал снова наполняться тьмой. Только на этот раз тьма словно была необъятным океаном, на котором стоял человек.

Хотя даже не так. Не столько человек, сколько чёрная дымка. И горел он тем же пламенем, что и я.

Он смотрел на меня. Вместо глаз у него светились два алых огня. Он не открывал рта, но я слышал его голос. Властный и могущественных, но при этом уставший от жизни — таким он ощущался в голове. И голос говорил:

— Здравствуй, дитя.

Я попытался было поклониться, но не смог. Всё тело словно бы парализовало. Я только и мог, что стоять, смотреть вперёд.

Даже захотелось пошутить, что уж больно много сильных людей я повстречал за последнее время, но вот рот отказывался меня слушать.

Вместо этого в моей голове снова прозвучал голос:

— Дитя, тебе невдомёк, что такое сила. Сила, способная за мгновение разрушить целую планету. Или сила, от которой невозможно спастись, каким бы могущественным ты бы не был, — сказал стоящий передо мной человек и будто бы вздохнул.

Сначала я не понял, о чём он, как вдруг моё тело словно бы снесло волной. Будто я был муравьём, попавший под огромнейшее цунами. Совершенно беспомощный перед стихией.

Ещё мгновение, и это чувство прошло. И вместе с ним один единственный вопрос — кто вообще стоял передо мной, раз был способен на такое.

Ни Хранительница, ни Вальмонд Робеда, ни от одного из них я не ощущал подобной мощи.

Даже не так — этот человек словно находился вне их категории. Как если бы против мага десятого круга выставили младенца. Настолько колоссальной казалась разница.

— То, что ты почувствовал, дитя, называется магической стихией. Это то, что позволяет всем магам на планете пользоваться магией. И попав в него, ты растворился в мане, не в силах ей противостоять, как и любое другое живое существо. И это лишь крохотная часть силы. Иллюзия, чтобы не навредить твоему сосуду души.

В голове разом появилось сразу много вопросов. Но вместо того, чтобы спрашивать их все разом, я решил спросить другое.

“Вы умеете читать мысли? И кто вы такой?”

— Не только. Я могу чувствовать всё то, что чувствуешь ты. И наоборот. Что до того, кто я… У меня нет имени. Оно давно забыто временем. Я не человек и никогда им не был. Я тот, кто создал первое тёмное пламя и тот, кто ни жив, и не мёртв. Тот, кто поборол смерть и слился со стихией. Можешь звать меня тенью.