Книга Профессор магии на полставки. Том 2, страница 71 – Андрей Ткачев, Георгий Сомхиев

— С чего ты взял, что я собираюсь с ними враждовать? — приподнял я левую бровь, повернув голову в сторону фамильяра. — Ланцов не плохой человек, и заслуживает уважения., но Про принца я могу сказать то же самое, разве что он ещё жутко хитрый. Какой мне смысл делать этих двоих врагами?

— Тогда я не понимаю, чего ради ты третью фракцию, назовем её так, создаёшь? — прокаркал Ворон и щёлкнул клювом, словно требовал, чтобы я скорее ответил.

— Чтобы было меньше желания использовать меня в своих планах, — рассмеялся я в ответ. — Если бы происходящее касалось только Академии, я бы оставил всё как есть и сохранял нейтралитет — пусть сами разбираются в своих делишках. Ланцову выгодно поддерживать меня, и пока его решения не затрагивают моих студентов, на остальное мне плевать.

— Всё равно не понимаю — а зачем тебе тогда граф и другие преподаватели? — моргнув пару раз, спросил меня Ворон. — Если граф не согласится, то в первую очередь он доложит об этом ректору. Тот от такой подлости будет не в восторге. Если же согласится, то все равно эта информация дойдёт до старика. Зачем портить отношения на ровном месте, если тебя всё и так устраивает?

— Это что касается обучения студентов, А вот отношение некоторых профессоров и Яковлева ко мне — уже другое дело, — я покачал головой и стал загибать пальцы. — Во-первых, одной защиты ректора мало. Если оставлю произошедшее без ответа, Яковлев и его приспешники продолжат пытаться на меня давить. Во-вторых, мне легче будет продавливать свои интересы, и чем больше будет людей на моей стороне, тем лучше. В-третьих, это хорошая репутация и отдельный показатель силы в Академии. Ну и в-четвёртых — так легче будет продвигать свои интересы.

— Мне казалось у тебя тут только один интерес — мучить своих студентов, — весело прокаркал Ворон. До дома, к слову, осталось идти всего ничего.

— Есть за мной такой грех, — хмыкнул я в ответ. — Впрочем, я их мучаю не просто так, а чтобы они сильнее стали. Для этого придётся пойти на такие меры, от которых вряд ли кто-то будет в восторге. Даже Ланцов.

— Но что ты с ними собираешься сделать, ты мне, конечно же, не расскажешь, — Ворон стал выглядеть мрачным как туча.

— Само собой. Потому что я злой и хочу, чтобы ты страдал, — рассмеялся я в ответ, зная слабую точку Ворона.

— Ты смеешь использовать мои фразы против меня самого, Алекс? — обидчиво ответил Ворон, после чего растворился во тьме. Ничего, скоро вернётся.

В первую очередь я принялся читать письма, оставленные почтальоном. Ничего интересного в них не было — опять приглашения на разные мероприятия, ничего интересного. «Любовных писем» было три, и я уж на мгновение подумал, что они от разных людей, но нет. По почерку убедился, что писал один и тот же человек, только даты разные.

Я в них не вчитывался и бросал к остальным, не требующим особого внимания письмам. Если со второго раза девушка не поймет, что этим она ничего не добьётся, то поговорю с почтальоном, чтобы мне от неё письма не слали.

Отдельно написала письмо Некрасова, попросив меня зайти к ней гости, как появится свободное время. Причём тоже в конверте, словно подозревала, что телефон могут прослушивать.

Про то, о чём она хотела поговорить, я догадывался, так что с решил не тянуть с визитом и завтра вечером заглянуть к ней в гости. Даже интересно, что по итогу показала экспертиза. Всё-таки я не представлял, как бывший командир отряда «Когтя» мог перевоплотиться в другого человека.