Книга Профессор магии на полставки, страница 103 – Андрей Ткачев, Георгий Сомхиев

— Вы в этом так уверены? — снисходительно спросил я, но парень оказался упёртым и проигнорировал провокацию.

— В чём же я ошибаюсь? — попытался перехватить инициативу Демидов. — Как ни посмотри, а обучаемся мы современным заклинаниям, по современным методикам. Будь древняя магия лучше, разве не логично, что именно ей мы бы обучались?

— Встречный вопрос. Вы знаете, почему современная магия заменила древнюю? — спросил я и заметил, как на мгновение парень осёкся, не найдя, что сразу ответить.

— Древняя магия слишком непрактична в использовании, — спустя пару секунд ответил блондин. — Современная более гибкая, что облегчает её применение.

— Тут вы ошибаетесь, — усмехнулся я и, щёлкнув пальцами, призвал теневые щупальца. — Как думаете, какую магию я сейчас использовал? Современную или древнюю?

— Судя по вашему тону, древнюю, — не растерялся Демидов, хотя не скрывал удивления.

— Почти угадали, — хмыкнул я, после чего мои щупальца схватили мел и за пять секунд начертили на доске структуру многосоставного магического конструкта. — Это древняя теневая магия, которую я изменил под себя. Догадываетесь почему?

— Утверждаете, что древняя магия гибче современной? — нехотя сказал он.

Голицына улыбалась, наблюдая за нашей дискуссией. А вот Демидов наоборот, с каждой секундой выглядел все более раздражённым. Я его выставлял не в лучшем свете перед другими аристократами в аудитории, а это потеря репутации.

Если после такого, он затаит на меня обиду, я не удивлюсь. Впрочем, плевать. Моей цели это никак не мешает.

— Это аксиома, Михаил Семенович, — я снова щёлкнул пальцами и развеял теневые щупальца. — Древняя магия намного сложнее, чем современная. Как правило, древние заклинания содержит больше многосоставных и сложных плетений. Это сложный механизм, в котором из-за одной ошибки сломается всё заклинание. Но если понять, как оно работает, то неожиданно открывается широкий простор для манипуляций. А теперь ещё вопрос — почему несмотря на это, современная магия вытеснила древнюю?

— Сложность, — коротко ответил Демидов, снова взяв себя в руки. Признал всё-таки мою правоту.

— Правильно. Древней магии сложнее обучить большинство. Из-за того, что число Аномалий росло, магов попросту не хватало для их зачистки. Поэтому наши предки стали упрощать магию, чтобы больше людей могли ею обучиться и защищать мир от монстров, — с этими словами я снова оглядел студентов. Казалось бы, такому должны учить в Академии или хотя бы в роду, но нет. Правда была слишком неприятной, и её предпочитали скрывать. Кому захочется признаться в том, что он слабее, чем его предки? — Отсюда и родилось понятие как регресс магии.

— Это лишь теория, — в этот раз ответил не Демидов, а очкарик. Ему бы поучиться манерам. Надо бы его осадить.

— Когда у вас была возможность говорить, вы решили промолчать. Вот и молчите, пока очередь не дойдёт до вас, — моего взгляда было достаточно, чтобы очкарик больше не встревал в разговор, но я на этом не остановился и, щёлкнув пальцами, призвал десяток живых теней. Напряглись не только студенты, но и княгиня. — Иначе я буду воспринимать это как оскорбление аристократической чести. Вам это понятно?

— Понятно, — тихо ответил очкарик и упёрся взглядом в стол, даже не думая больше открывать рот. В следующий раз трижды подумает, прежде чем что-либо сказать. Глядишь поймёт, что за любые слова и высказывания приходится отвечать лично, а порой и целому роду тоже.