Книга Империя #3, страница 101 – Андрей Розальев, Жан Аксёнов

Ну нет.

— … поэтому вот, ты забыла на кресле. Спокойной ночи!

Я вложил телефон ей в открытую ладонь, взялся за ручку и закрыл дверь.

— Хам! — раздалось из-за двери секунды через две.

Улыбнувшись, я пошёл обратно на первый этаж.

— Монах! — донеслось вслед, уже тише и злее.

Нет, Ваше Величество, всё гораздо проще. Просто меня не устраивает роль трофея.

ㅤ

Уже подходя к лестнице, я заметил ещё одну полоску света, не такую яркую. Из-под двери кабинета шёл мягкий тёплый свет, и вопрос, что делать с вином, решился сам собой.

Спустившись на первый этаж, я прихватил чистый бокал, декантер с остатками вина и вернулся в кабинет.

Катя перебралась в моё кресло, более удобное, забралась в него с ногами, сев по-турецки, и когда я зашёл, самозабвенно печатала что-то в ноутбуке. В кабинете было откровенно холодно из-за открытых окон, и затворница сидела в толстовке. Облик дополняли собранные в пучок на голове волосы, которые она закрепила карандашом.

Поняв, что она опять не обратила внимания на моё появление, я не удержался и сфотографировал её на телефон.

Только от щелчка затвора Катя, наконец, вздрогнула и подняла голову.

— Ну как ты? — спросил я.

— Я ненавижу программирование, Илья. Я его просто физически ненавижу, — всхлипнула она в ответ. — Я переписала скрипт десять раз. Я создала изолированную среду. И знаешь что? Библиотека для криптографического ключа конфликтует с библиотекой для обращения к их базе данных. Им нужны разные версии одних и тех же библиотек, и они тупо ломают друг друга! Если я обновляю одно — отваливается другое. Если откатываю версию назад — сервер биржи не признаёт мой сертификат безопасности! На форумах пишут, что нужно изолировать всё это в контейнере, чтобы не разводить зоопарк, но у меня от их инструкций уже кровь из глаз идёт… Я даже ещё не дошла до цифр! Я весь вечер просто пытаюсь заставить этот кусок кода сказать серверу «пусти меня». Мне казалось, я умная… А сейчас я чувствую себя мартышкой с гаечным ключом у атомного реактора. А ты чего пришёл? Позвать меня на ужин?

— У-у-у-у, красавица! — я решительно закрыл крышку ноутбука. — Какой ужин, время уже полночь! В доме все давно спать легли!

— Да не очень-то и хотелось! — фыркнула Катюха. — Обойдусь без ужина. А вот от вина не откажусь! У тебя ведь там вино?

Покачав головой, я забрал ноутбук.

— Эй, отдай! — попыталась она возразить. — Я не закончила!

— Как твой начальник, я запрещаю тебе сегодня работать. Закончишь завтра. И вылезь из моего кресла!

— Ой-ой-ой, какой грозный! — улыбнулась Катя, не без труда вставая на затёкшие ноги.

Я уселся в кресло и, обхватив её за талию, усадил к себе на колени, боком. Она хотела было возмутиться, но передумала, обняв меня одной рукой за шею, а в другую взяв налитый мной бокал.

— Что за вино? — поинтересовалась она.

— Петрюс, шестидесятипятилетний, — сообщил я.

Катя, как раз сделавшая первый глоток, им же и поперхнулась. Пришлось стучать по спине.

— Ты с ума сошёл? — возмутилась она. — В честь чего?

— Длинная история, — хмыкнул я. — Началось всё с того, что одна заноза в заднице, не найдя подходящего повода, потребовала на ужин свежие устрицы.

— Какие устрицы на Урале? — Катя даже глаза закатила. — Проще доехать до моря, чем найти здесь что-то приличное.