Книга Арсенал Регрессора. Том 3, страница 61 – Оливер Ло

Восемь голов повернулись ко мне одновременно. Шестнадцать глаз, горящих разными цветами, уставились на крошечную человеческую фигурку внизу. И в каждом взгляде читался голод существа, которое спало слишком долго.

Черт тебя дери старик. Я не планировал сталкиваться с легендарным японским змеем так рано!

Око Бога Знаний вспыхнуло золотыми символами, выводя информацию о твари, которая только что вылезла из-под пола.

[Ямато-но-Орочи]

[Ранг: S (древнее божество)]

[Статус: Частично материализован через кровавый ритуал]

[Способность: Восемь Стихий — каждая голова контролирует элемент]

[Красная — Огонь, Синяя — Вода, Белая — Лёд, Чёрная — Тьма]

[Зелёная — Яд, Золотая — Свет, Серебряная — Металл, Пурпурная — Гром]

[Ограничение: Неполная материализация — связан с Нурарихёном]

Я сжал рукоять Грани Равновесия, анализируя данные. Ямато-но-Орочи должен был пробудиться гораздо позже, через несколько лет, когда концентрация магической энергии в мире достигнет критической отметки. В моей прошлой жизни этот змей стал одной из величайших угроз Азии, пока объединённые силы трёх стран не загнали его обратно в Искажение ценой тысяч жизней. Я планировал разобраться с ним пока он спал…

Но даже так, я очень удивился, когда увидел его в Киото на Карте Всех Дорог. Нурарихён намеренно призвал его раньше срока. Кровавый ритуал, лишь частично пробудил тварь, а Персик должен был закончить начатое. Повелитель демонов планировал это с самого начала.

Нурарихён выпрямился, и его раны начали затягиваться с пугающей скоростью. Присутствие Орочи наполняло его новой силой, будто кто-то подключил умирающую батарею к мощному генератору. Договор между ними был очевиден, симбиоз двух древних существ, где один давал силу, а второй служил якорем в настоящем мире.

Я быстро оценил ситуацию.

Два высокоранговых существа. Нурарихён ослаблен, но регенерирует с каждой секундой. Орочи, божество, пусть и не полностью материализованное, способное контролировать восемь стихий одновременно. Где-то за спиной Тамамо-но-Маэ сражалась с Содзёбо, золотые вспышки и чёрные перья мелькали на периферии зрения. Шульгин продолжал свой безумный бой с Сютэн-додзи, грохот и рёв доносились из дальнего угла зала. Кенширо лежал без сознания среди обломков, куда я его забросил.

Помощи ждать неоткуда.

Орочи атаковал первым.

Восемь голов действовали одновременно, каждая изрыгала собственную стихию. Красная выплюнула столб пламени, жар которого я ощутил за десять метров. Синяя обрушила поток воды с силой прорвавшей плотины. Белая выстрелила веером ледяных копий, каждое размером с человека.

Три стихии столкнулись в точке, где я стоял секунду назад, порождая взрыв пара и осколков, который разнёс мраморный пол в радиусе пяти метров.

Коготь Фенрира унёс меня вверх, трос впился в балку под потолком, и я качнулся маятником, уходя от атаки. Пурпурная голова отследила движение, её пасть распахнулась, и молния хлестнула ко мне с треском разрываемого воздуха. Грань Равновесия встретила разряд, свойство отмены магии поглотило часть энергии, но удар всё равно отбросил меня в сторону, опаляя руки.

Серебряная голова не дала опомниться. Металлические шипы, острые как бритвы, вылетели из её пасти очередью. Я отбил первый, второй, третий, четвёртый пробил защиту и распорол бедро, пятый звякнул о наруч Когтя.