Книга Законник Российской Империи. Том 5, страница 17 – Андрей Ткачев, Оливер Ло

— Актрис? Ты серьезно? Они ж не обучены. К тому же это морока с дополнительной оплатой и уговорами.

— Абсолютно, и оно того стоит, — кивнул я. — Подумай сам. У них есть сценическое обаяние, они умеют держаться на публике. И, что немаловажно, у многих из них есть… скажем так, влиятельные поклонники среди аристократии.

— Хм, а может, ты прав… Тогда мы сделаем это мероприятие не просто показом, а настоящим культурным мероприятием!

— Я могу связаться с несколькими театрами уже сегодня. — Мила быстро записывала что-то в блокнот. — У меня есть контакты ведущих актрис. Они делали у нас заказы.

— Отлично, — кивнул я. — Сколько нам выделили пригласительных? Я бы хотел увидеть на мероприятии еще художников, скульпторов, музыкантов. Пусть они создают произведения искусства, вдохновленные нашими нарядами. Это тоже даст необходимый резонанс.

— Ты не мелочишься, брат, — присвистнул Александр. — Но мне нравится. Это выведет нас на совершенно новый уровень.

— Именно, — улыбнулся я. — А теперь главное. Изабелла Бергова.

Это имя было на слуху, буквально каждая афиша содержала ее фамилию, и зачастую она была в главных ролях. Когда я направлялся от своего поместья в Судебное Бюро, то афиши с ней попадались мне как минимум два-три раза. Сделать ее нашей главной звездой было бы весьма интересно.

— Прима театра? Фаворитка первого принца? — переспросила Мила, а глаза ее загорелись так, словно я говорил о ее кумире.

— Она самая, — кивнул я. — Если мы сможем привлечь ее, это гарантирует нам внимание не только ценителей высокой моды, но и очень большого пласта аристократов, что ценят лишь искусство.

— Это рискованно, Максим. Мы играем с огнем. Все же Наследный принц — очень влиятельный и… как бы это сказать. В общем, я слышал, что он достаточно импульсивен, не расценит ли он это как вызов?

— Вряд ли, в этом нет ничего такого. Ну а даже если и так, — я пожал плечами. — Что с того? Побеседую с ним, так сказать, с глазу на глаз.

Мы продолжили обсуждать детали до глубокой ночи. Каждый элемент показа был тщательно продуман и выверен. Я чувствовал, что мы на пороге чего-то грандиозного.

* * *

Дни летели незаметно. Мила работала, не покладая рук, координируя действия актрис, художников и музыкантов.

Наконец настал день показа. Я прибыл в зал заранее, чтобы проверить все лично. В этот раз господин Голицын, конечно, переплюнул самого себя. Мало того, что он выделил свою собственную резиденцию, но еще и преобразил ее до неузнаваемости.

Высокие потолки украшали изящные люстры, мягкий свет которых создавал атмосферу волшебства и роскоши. Стены были задрапированы тканями нежных пастельных оттенков, идеально гармонирующих с общей концепцией Весеннего показа.

Подиум, протянувшийся через весь зал, был не просто дорожкой для демонстрации нарядов. Он представлял собой произведение искусства сам по себе — инкрустированный мозаикой, с едва заметными световыми элементами, которые должны были подчеркивать каждое движение моделей.

По обеим сторонам от подиума расположились ряды изысканных кресел для гостей. Каждое место было помечено именной карточкой, украшенной тонкой каллиграфией. Самые влиятельные гости, разумеется, оказались на наиболее выгодных позициях.

В дальнем конце зала художники уже устанавливали свои мольберты, а скульпторы готовили глину и инструменты. Их задачей было запечатлеть самые яркие моменты показа в своих произведениях прямо во время мероприятия.