Книга Законник Российской Империи. Том 3, страница 125 – Андрей Ткачев, Оливер Ло

— Интересно, — прошептал я, проводя рукой над поверхностью кристалла, не касаясь его. — Похоже на какой-то магический накопитель информации.

Действительно, каждый кристалл, казалось, пульсировал внутренним светом, словно живой организм. Я заметил, что рядом с такого рода артефактом располагался небольшой замочек, явно требующий ключа для активации.

— Умно, — усмехнулся я. — Двойная система хранения. Судя по всему, с помощью кристаллов можно получить знания напрямую, минуя изучение. Как интересно…

Наконец, я добрался до нужной секции. Ряды металлических ящиков с аккуратными табличками выстроились передо мной, словно солдаты на параде. Я быстро нашел нужный ящик и, убедившись, что вокруг никого нет, осторожно выдвинул его.

Внутри лежали аккуратно сложенные папки. Мои пальцы быстро пробежались по корешкам, пока я не увидел нужное имя: «Дорохов Роман Витальевич». Кроме него, я нашел одну папку: «Орлицын Григорий Валерьевич». Не колеблясь ни секунды, я вытащил обе.

— Ну что, господа, — прошептал я, открывая первую папку, — посмотрим, какие скелеты прячутся в ваших шкафах.

Я начал быстро просматривать документы, мысленно благодаря себя за привычку быстрого чтения, выработанную еще в прошлой жизни. Страница за страницей, передо мной разворачивалась история жизни одного из самых влиятельных чиновников Внешней разведки. По крайней мере, ее официальная часть.

Первое, что бросилось в глаза — впечатляющий послужной список. Роман Витальевич начинал свою карьеру в Имперской армии, где служил офицером разведки. Я не мог не усмехнуться, представляя молодого Дорохова в военной форме, полного амбиций и готового покорить мир.

— Офицер разведки, значит, — пробормотал я. — Неплохое начало для будущего серого кардинала.

Дальше шли записи о его участии в приграничных операциях. Глаза цеплялись за сухие строчки отчетов, за которыми скрывались, несомненно, опасные и захватывающие приключения. Особенно выделялась одна операция, за которую Дорохов получил Орден Защитника Отечества.

— Предотвращение крупных диверсий на территории Империи, — пробормотал я вслух, повторяя текст. — Впечатляет. Неудивительно, что его заметили.

Я перевернул страницу, и передо мной развернулась новая глава в жизни Дорохова — его переход во Внешнюю разведку. Строгий отбор, испытательный срок, первые задания… Я чувствовал, как за каждой строчкой скрывается целый мир интриг и опасностей.

— Контрразведка, ликвидация опасных ячеек, разоблачение шпионской сети, — я присвистнул. — Да ты был настоящей грозой преступного мира, Роман Витальевич.

Внезапно мое внимание привлекла одна запись. В тот же год, когда Дорохов был принят во Внешнюю разведку, туда поступил еще один кандидат — Григорий Орлицын. Я нахмурился, чувствуя, что нащупал что-то важное.

— Так-так, — пробормотал я, переводя взгляд с одной папки на другую. — Похоже, у нас тут целая история.

Я углубился в чтение, и передо мной начала разворачиваться картина сложных взаимоотношений двух амбициозных агентов. Они служили в одной группе, часто работали вместе, и, судя по отчетам, их сотрудничество было чрезвычайно эффективным.

— Прямо как Шерлок и Ватсон, — усмехнулся я. — Только вот кто из них кто?

Но чем дальше я читал, тем больше понимал, что эта идиллия не могла длиться вечно. Спустя несколько лет их пути начали расходиться. Когда появилась вакансия на должность третьего помощника главы Внешней разведки, обоих выдвинули кандидатами, о чем свидетельствовал один из отчетов.