Книга Системный Друид. Том 5, страница 9 – Андрей Ткачев, Оливер Ло

Он помолчал, пожевал нижнюю губу.

— То, что это сделал ты, а не я, значит одно. У нас с тобой разные пределы. И это не хорошо и не плохо, просто так вышло.

Я кивнул. Спорить было не с чем, и добавлять к сказанному тоже.

Торн встал с крыльца, забрал кружку и зашёл внутрь. Я слышал, как он возится у печи и подбрасывает поленья, как шаркают его сапоги по дощатому полу. Скоро в дверном проёме появилась его рука с миской каши, от которой шёл густой пар.

Каша была горячей, с мёдом и топлёным маслом, и я ел, чувствуя, как тепло расползается от живота к рукам и ногам. Старик вернулся на крыльцо с новой кружкой и сел на прежнее место. Мы ели и пили в тишине, нарушаемой только поскрипыванием досок и далёким стуком дятла в ельнике.

— Ты вырос, — внезапно нарушил тишину Торн, глядя перед собой. — Стал сильнее, набрался умений, но главное, вырос как человек. Как тот, кому можно доверить лес.

Дед произнёс это будто между делом. Другого тона у Торна, пожалуй, и не водилось, а если и водился когда-то, то выветрился за десятилетия в чаще.

— Мы с Ирмой давно обо всём договорились, — продолжил между тем он, и я уловил переход к главному, ради чего старик, пожалуй, и ждал меня всю ночь на крыльце. — Когда появится подходящий момент, ты отправишься к ней. Посмотришь на другой лес, изучишь подходы, которых здесь нет. Увидишь мир за Пределом. Если хочешь, конечно. Я не настаиваю.

Он повернулся ко мне, и серые глаза прищурились, как всегда, когда дед взвешивал, сколько именно стоит сказать вслух.

— Хранитель, который знает только свой лес, знает его наполовину, — Торн потёр заросший подбородок, и борода зашуршала под пальцами. — Тебе нужно видеть, как всё устроено в других местах. Как другие решают задачи, с которыми ты столкнёшься здесь. Ирма согласилась взять тебя, а она берёт далеко не каждого. К тому же ее ученица очень лестно о тебе отзывалась.

Я обдумал его слова. Когда-то меня посылали на стажировки в заповедники по всему миру, от Байкала до Амазонии, и каждый раз возвращение домой приносило больше, чем годы сидения на одном месте. Логика была та же, и я видел её насквозь. Но была и другая причина, которую Торн оставил за этим разговором, хотя я расслышал её в паузе между фразами.

— После того, что случилось с Райаном, мне лучше исчезнуть на время, — сказал я, скорее, утвердительно, чем вопросительно.

Торн медленно кивнул.

— Граф ещё не знает, кто стоит за маской, но узнает рано или поздно. Гонцы, серебро в нужные руки. Пока ты здесь, ты мишень, и деревня вместе с тобой. Уйдёшь, и остынет эта история. Вернёшься другим человеком, тем, кем тебе предстоит стать.

Возразить мне было нечего.

— Когда? — спросил я.

— Как будешь готов. Дорога до Серебряных Ключей занимает время, и лучше выйти, пока перевалы ещё проходимы.

Я доел, поставил тарелку рядом с дедовой чашкой и встал. Тело ныло от ушибов, плечо горело под засохшей коркой, хотелось лечь, и проспать сутки, чем я и займусь. А потом как следует попрощаюсь и с людьми, и с лесом.

* * *

Следующие дни я провёл в деревне, заходя к тем, с кем успел срастись за эти месяцы. Срастись, пожалуй, громко сказано. Скорее, обжиться рядом, притереться к их жизни и повадкам.

С Луной мы встретились у озера. Лёд на воде уже подтаивал у берегов, тёмная полоска открытой воды ширилась с каждым днём. Луна сидела на знакомом валуне, перебирая тетиву лука, и пальцы её двигались медленнее обычного — она уже знала. На удивление, девушка была довольно проницательной, просто в силу возраста сама не всегда понимала такие моменты.