Книга Системный Друид. Том 3, страница 86 – Андрей Ткачев, Оливер Ло

Маркус осторожно попробовал, замер с ложкой у рта на секунду, потом молча продолжил есть. Стен выскреб миску до дна и протянул за добавкой без единого слова. Вальтер пока еще был занят болтами и собирался поесть чуть позже. Дейл же ел сосредоточенно, опустив глаза, и его каменное лицо чуть расслабилось, когда горячий бульон согрел нутро после целого дня ходьбы.

Коул подошёл последним, получил свою порцию и сел рядом с напарником. Попробовал, и на его веснушчатом лице проступило выражение, которое я бы назвал уязвлённым восхищением.

— Что ты туда положил? — спросил он, рассматривая остатки серебрянки в бульоне.

— Лесную специю. Снимает усталость, добавляет вкус.

— Можно мне рецепт? — пересилив себя, все же спросил он.

— Смотри, да запоминай, я вроде не делаю из этого тайны.

Обязанность кашевара закрепилась за мной без обсуждения. Так проще. Я контролировал, что попадает в котелок, и мог не тревожиться о том, что кто-нибудь по глупости или по злобе подсыплет что-нибудь лишнее. После того, что Дейл устроил с Мартой и «Луговой искрой», доверять этим двоим было бы, мягко говоря, наивно.

Вечером, когда миски были вымыты и убраны, а угли осели до ровного жара, старшие заговорили.

Маркус начал с рассказа о Карнагском подземелье, настоящего, без приукрашиваний, которые ученики налепили на него за месяцы пересказов. Три уровня, двести с лишним порождений первого и второго ранга, ловушка с кислотным туманом на втором этаже, которая чуть не стоила жизни их тогдашнему магу. Серебряный амулет нашёлся в тайнике за ложной стеной, обнаруженном Стеном, который заметил, что эхо в одном из коридоров звучит несколько иначе.

Стен подхватил, рассказывая о подземелье под Кренорскими копями, где порождения третьего ранга охраняли зал с рунным алтарём, который до сих пор работал, питаясь маной жилы, проходившей под скальным массивом. Алтарь продали гильдии артефакторов за семьсот золотых, и на эти деньги Маркус снарядил следующие две экспедиции.

Вальтер ограничился короткой историей о том, как однажды в подземелье на севере его арбалетный болт пробил стену, за которой оказалось гнездо огненных саламандр. Пришлось бежать полкилометра по коридору, пока жидкий огонь растекался по полу за их спинами. Тогда он в полной мере понял выражение своего отца — «пятки горят», которое он любил вставлять к месту и нет.

Я слушал, сидя у костра, подбрасывая щепки в угли. Каждая история укладывалась в копилку знаний о мире, который оставался для меня по большей части неизвестным. Гильдии авантюристов, классификация подземелий, рынок артефактов, политика многочисленных Академий, конкурирующих между собой, и взаимоотношения между королевскими домами — всё это проступало между строк рассказов, как рисунок проступает на монете, если потереть её пальцем.

— В Кренорах, — сказал Маркус, глядя в огонь, — мы потеряли мага. Хороший был парень, звали Гилберт, двадцать семь лет, Адепт. Он прикрывал отход, когда порождения прорвали линию, и остался один у входа на третий этаж. Мы слышали, как он кастовал щиты, один за другим, пока они не перестали загораться. Потом тишина. Без него бы никто из нас оттуда не выбрался.

Костёр потрескивал, и Дейл с Коулом, что сидели чуть в стороне, молчали, уставившись на угли с серьёзными лицами.