Книга Системный Друид. Том 2, страница 95 – Андрей Ткачев, Оливер Ло

Я изготовил шесть порций, каждую завернул в тонкую бересту, пропитанную маслом, создав подобие свёртков, которые можно было бросить как гранату. При ударе о твёрдую поверхность береста рвалась, селитра воспламенялась от трения, и пыльца Светоцвета вспыхивала, заливая окрестности белым сиянием, от которого резало глаза даже сквозь зажмуренные веки.

Импровизированные световые бомбы. Грубые, предсказуемые только для того, кто их сделал. Для пантер, привыкших к полумраку и теням, каждая такая вспышка будет как удар молнии по глазам.

Последним я приготовил зелье «Ночная прогулка»: очанка, белладонна, ромашка на водной основе. Рецепт, знакомый по записям Торна и проверенный на себе во время диверсий против звероловов. Обострённое ночное зрение на несколько часов. В густом подлеске, где тени сгущались до непроглядной черноты, эта способность видеть давала преимущество, равное хорошему фонарю, только бесшумное и незаметное для противника.

Три склянки, на себя и на тех из отряда, кому понадобится. Обеспечивать их зельями в полной мере я не собирался, но помочь был не прочь.

Когда я закончил, на столе выстроились рядком пузырьки с парализующей пастой, свёртки световых бомб и склянки с зельем. Рядом лежали обработанные стрелы, их наконечники блестели от тонкого слоя пасты, просохшей до матового налёта.

Торн заглянул в мастерскую, когда я укладывал снаряжение в котомку. Старик окинул взглядом стол, задержался на световых свёртках и хмыкнул.

— Не забудь вот это, — он положил на край стола холщовый свёрток, перевязанный бечёвкой. Внутри оказались пучки трав: тысячелистник, подорожник, кора ивового кустарника, завёрнутые в отдельные мешочки и помеченные угловатым почерком деда. — Против мелких ран. Пантеры дерут когтями и уходят, потом возвращаются, когда жертва ослабеет от кровотечения. Если кого зацепят, перевязывай сразу, не жди. Сохранишь так жизни.

Я принял свёрток, оценив его вес, подбросив на ладони. Торн готовил полевые аптечки, как всё остальное: скупо, точно, без единого лишнего листка.

— Спасибо, дед.

Торн буркнул что-то неразборчивое и ушёл, оставив меня заканчивать сборы. На пороге мастерской обернулся и добавил, глядя в сторону:

— Будь осторожнее. Пантеры хитрее, чем кажутся.

* * *

Рассвет пришёл серым и холодным, с низкими облаками, цеплявшимися за верхушки деревьев рваными клочьями. Воздух пах сыростью, какая бывает осенью. Когда я вышел из хижины с котомкой за спиной, луком Борга на плече и плащом из кабаньей шкуры поверх куртки, лес встретил меня тишиной, которая наступает за мгновение до того, как первая птица решается подать голос.

Группа собралась у восточных ворот Вересковой Пади, когда солнце ещё только подкрашивало облака снизу тусклым медным светом.

Всего шестеро, не считая меня.

Борг стоял впереди, проверяя крепления колчана и длину тетивы на своём луке, привычными, автоматическими движениями, от которых каждый ремешок ложился ровнее, каждая пряжка фиксировалась плотнее. Рядом с ним переминался с ноги на ногу Мартин, сын старосты, широкоплечий и рыжеватый, с лицом, которое выражало сосредоточенность пополам с плохо скрытым волнением. Лук у него был попроще моего: из простого ясеня без украшений, но крепкий, ухватистый, явно прошедший не одну охоту.