Книга Системный Друид. Том 2, страница 116 – Андрей Ткачев, Оливер Ло

У дома Борга охотники из Ольховых Бродов остановились. Мешки с трофеями, шкуры, клыки, ядра свалили на крыльцо, и Борг, расправив плечи, повернулся к Брауну. Крепкое долгое рукопожатие завершило совместный поход лучше любых слов.

— Спасибо, Борг, — Браун задержал его руку в своей. — За людей, за помощь, за всё. Приезжай к нам в Броды. Хозяйка моя давно просила тебя в гости, я уже со счёту сбился, сколько раз она мне напоминала.

— Приеду, — Борг кивнул. — Когда реку подморозит и ехать будет проще. И Хельгу захвачу, пусть с твоей хозяйкой познакомится.

Браун скупо улыбнулся, и складки шрама сместились, придавая его лицу выражение суровой теплоты.

— Её всегда рады видеть, — он повернулся ко мне. — Вик.

Я пожал протянутую руку.

— Браун.

— Мы у себя в Бродах будем рады тебя принять, если занесёт. И не только на охоту, — его голос стал серьёзнее. — У нас тоже есть лес, и людей, которые понимают его, можно пересчитать по пальцам одной руки.

— Запомню.

Ярек подошёл последним. Парень переминался с ноги на ногу, явно подбирая слова, которые не давались ему так легко, как удары ножом или стрельба из лука.

— Вик, — начал он, потёр затылок пятернёй и выдал разом, будто прыгая в холодную воду, — если будет возможность, поделись знаниями о повадках лесных зверей. Там, на привале, когда ты рассказывал про баланс в лесу — я такого нигде больше не слышал. Отец учит стрелять и выслеживать, а вот так, чтобы понимать, почему зверь делает то, что делает… — он замолчал, осознав, что говорит уже минуту без остановки, и покраснел до ушей.

Я посмотрел на него. Широкие плечи, честные глаза, мозоли на ладонях от тетивы и топорища. Парень, который убил скального кабана на инициации и прошёл через бой с теневыми пантерами, стоял передо мной и краснел, как мальчишка, попросивший у наставника дополнительное занятие.

— Подумаю, — улыбнулся я.

Ярек просиял, сцепил кулаки перед грудью в жесте, который в Бродах, видимо, означал благодарность, и зашагал к товарищам. Вскоре четвёрка из Ольховых Бродов двинулась по дороге к восточной тропе, растянувшись цепочкой, и их силуэты постепенно растаяли в закатной дымке.

* * *

Слухи расползлись по деревне к следующему утру.

Я узнал об этом от Сорта, когда зашёл в лавку продать часть лишних теневых клыков, и алхимик встретил меня непривычной оживлённостью.

— Слыхал, слыхал, — Сорт потирал руки, мелькая хитрыми глазками за стойкой, заваленной пучками сушёных трав и склянками. — Вся Падь гудит. Семеро пошли на стаю теневых пантер и вернулись в полном составе. Дерека, правда, поцарапали, ну так кто ж виноват, что лезет первым. Удивительно, что остальные не настолько покоцаны. Говорят, ты альфу четвёртого ранга в одиночку завалил. Или нет, погоди, — он прищурился с выражением человека, отделяющего зерно от шелухи, — другие говорят, что ты её уговорил уйти. Уговорил. Зверя четвёртого ранга. Словами. Вик, скажи мне, это правда, или мужики в таверне допились до белых волков?

— Частично правда, — ответил я, выкладывая на прилавок холщовый свёрток.

Сорт развернул ткань, и его пальцы замерли над содержимым. Три длинных тёмных теневых клыка лежали на холстине, и лёгкий фиолетовый отлив проступал на их поверхности, когда свет падал под определённым углом. Воздух вокруг них чуть сгущался, будто клыки всё ещё хранили отголосок теневой магии, пропитавшей их за годы жизни зверя.