Книга Системный Друид. Том 1, страница 141 – Андрей Ткачев, Оливер Ло

Я возвращался в хижину затемно, с полной котомкой ингредиентов, и сразу садился за стол, разложив перед собой склянки, ступки и записи. Торн косился на мои занятия молча, иногда хмыкал себе под нос, когда очередной отвар начинал пузыриться странным цветом, но вопросов не задавал. Он понимал, что я ищу, даже если я сам не мог объяснить, что именно.

Базовые составы давались легко: мази для заживления, отвары от лихорадки, настойки для бодрости и сна. Я варил их десятками, оттачивая пропорции, запоминая время варки и температуру, при которой травы отдавали максимум полезных веществ. Потом перешёл к сложному — к составам, которые работали на мана-каналах, к ядам и противоядиям, к смесям, способным помочь растениям и животным.

Лес был полон болезней. Паразиты точили кору деревьев, грибковые инфекции покрывали листья чёрными пятнами, клещи присасывались к шкурам зверей, высасывая кровь и ману. Я изучал каждый случай, который попадался на глаза: собирал образцы, анализировал через Систему, искал средства противодействия.

Одну из сосен на краю поляны поразила гниль. Я заметил её случайно, увидев, как кора в нижней части ствола размягчилась и потемнела, а из трещин сочится бурая жидкость с кислым запахом. Система определила болезнь как «Корневую плесень» — паразитический гриб, который разрушал древесину изнутри, питаясь маной дерева.

Три дня я возился с составом, способным остановить распространение. Пробовал разные комбинации: вытяжку из коры железного дуба, измельчённый каменный бархат, споры другого гриба, который, по данным Системы, конкурировал с корневой плесенью.

Первые версии оказались слишком слабыми, последующие слишком агрессивными и убивали здоровую ткань вместе с больной. На четвёртый день я нашёл баланс: густая паста тёмно-зелёного цвета, которая впитывалась в кору и медленно выжигала грибницу, оставляя древесину нетронутой.

Сосна выжила. Через неделю новая кора начала затягивать повреждённый участок, розовая и свежая, как рубец на зажившей ране.

Я записывал всё: рецепты, наблюдения, ошибки. Записи накапливались, заполняя страницы грубой бумаги, которую покупал у Сорта, и постепенно складывались в систему, в понимание того, как работает живой организм в мире, пропитанном маной.

Одна из вылазок завела меня далеко на север, в низину между двумя холмами, где земля была влажной и чёрной. Болото здесь высохло много лет назад, оставив после себя толстый слой грязи, перемешанной с перегноем и чем-то ещё, чем-то, что покалывало пальцы при касании и заставляло волоски на руках вставать дыбом.

Система отреагировала мгновенно:

Объект: Насыщенная глина (природная).

Тип: Алхимический компонент / Удобрение.

Свойства: Высокая концентрация минералов и остаточной маны. Обогащает почву, ускоряет рост растений, усиливает усвоение маны корневой системой.

Качество: Превосходное.

Рекомендация: Использовать как подкормку для редких или ослабленных растений.

Я присел на корточки, зачерпнул горсть грязи. Она была тяжёлой, маслянистой на ощупь, с тонким запахом железа и чего-то цветочного, сладковатого. Мана пульсировала в ней, слабая, рассеянная, но ощутимая.

Я набрал четыре колбы, стараясь брать из разных слоёв, чтобы сравнить концентрацию. Верхний слой был беднее, нижний, куда пришлось копать руками по локоть, гуще и насыщеннее. Вернулся домой уже в сумерках, грязный по уши, но довольный находкой.