Книга Мечник, Вернувшийся 1000 лет спустя. Том 10, страница 40 – Андрей Ткачев, Оливер Ло

— Конечно, конечно! Машина ждет! Я всё организовал!

Мы погрузились в лимузин, оставив толпу позади.

В особняке царила атмосфера большого праздника. Столы ломились от еды и напитков, везде цветы, музыка, смех. Кайден расстарался, желая отметить триумф с размахом.

Я выдержал официальную часть, произнес пару дежурных фраз о мужестве и единстве, принял поздравления и подарки от союзников. Но мыслями я был далеко от этого блеска и шума.

Я наблюдал за Хлоей.

Всю дорогу назад, на корабле, она была тихой. Пугающе замкнутой. В боях она действовала безупречно, с пугающей, механической эффективностью. Но стоило битве стихнуть, как она уходила в себя, словно выключая эмоции. Она часами стояла на палубе, глядя в море, и ее лицо было похоже на фарфоровую маску, лишенную жизни.

После казни Матиаса в ней что-то надломилось. Не сломалось, нет, Хлоя была слишком сильной для этого. Но изменилось. Она стала жестче, резче. Холоднее. Немезида, богиня возмездия, требовала своего, и Хлоя платила эту цену, отдавая частицу своей человечности за божественную справедливость.

Сейчас, на празднике, она стояла в углу, сжимая ножку бокала с вином так, что пальцы побелели. Она смотрела на веселье с отстраненным, чужим видом. К ней подходили люди, пытались заговорить, сделать комплимент, но она отвечала односложно, холодно и вежливо спроваживала их, возводя вокруг себя невидимую стену. Обычная дерзость и одержимость куда-то испарились.

Я видел это. И понимал, что нельзя оставлять все как есть. Если она продолжит замыкаться в себе, сила богини сожрет ее изнутри, заменив живую душу фанатизмом. Превратит в инструмент, в живое оружие без собственных желаний. Я видел такое у Тетрина в его воспоминаниях. Видел у Грейвиса. Это путь в один конец.

Я дождался, пока Кайден отвлечется на очередной тост за процветание, и подошел к ней.

— Скучаешь? — спросил я, вставая рядом и глядя в зал.

Хлоя вздрогнула, словно очнувшись от сна. Повернулась ко мне. Ее фиолетовые глаза были темными, усталыми, в них прослеживалась бездна одиночества.

— Просто… слишком шумно, — ответила она тихо. — После тишины моря и четкости боя это… давит. Столько лишних слов, столько фальши.

— Понимаю. Хочешь уйти?

— Куда? К себе в комнату? Смотреть в потолок и слушать, как гудит в ушах кровь?

— Нет. Прогуляться. Город красив ночью, когда с него спадает дневная суета.

Она посмотрела на меня с сомнением и легкой иронией.

— Прогулка? Ты? Дарион Торн предлагает романтическую прогулку? — Хлоя все еще продолжала пристально смотреть на меня, но постепенно улыбка все явственнее обозначалась на ее губах. — Мир точно сошел с ума, или демоны что-то подмешали в вино?

— Кто сказал про романтику? Просто свежий воздух. И компания того, кто не будет спрашивать тебя о процентах прибыли, политике клана или о том, каково это — быть избранной богини.

Она колебалась секунду, изучая мое лицо. Потом решительно поставила бокал на стол.

— Веди. Все лучше, чем слушать, как этот толстяк из клана Грол, брызгая слюной, пытается объяснить мне преимущества инвестиций в угольные шахты.

Мы вышли через черный ход, избегая лишнего внимания.

Доминус жил своей ночной жизнью. Мы шли по набережной, мимо дорогих ресторанов и неоновых вывесок клубов. Ветер с реки освежал, унося запах духов и еды.