Книга Пыль дорог и стали звон, страница 77 – Илья Карпов

— Что, впрочем, нисколько не мешает богатеям травить друг друга. — Присвистнул Игнат, оторвавшись от книги, которую читал сидя на полу и облокотившись на стену. — Особенно на юге. Акканта, Нераль — вот там уж любят мышьяка любимой тётушке в суп подсыпать. Но и местные не отстают. Кстати, раз уж мы об этом завели речь, здесь аптечная лавка есть на другом конце города. Я туда за припарками для старого Берта бегал в прошлом году. — С этими словами Игнат погрустнел.

— Я мог бы поискать там. Нужные мне ингредиенты называются здесь иначе, чем в нашем мире, но я узнаю их, если увижу. — Проговорил Драм.

— Отпустить тёмного эльфа одного на прогулку в одном из самых злачных городов Энгаты. Действительно, почему бы и нет… Никуда ты один не пойдёшь. Игнат, ты сможешь отправиться туда с Драмом?

— С удовольствием. — Юноша поднялся на ноги и с хрустом взмахнул руками. — У меня уже задница затекла сидеть здесь. А деньги?

Таринор достал из-за пазухи мешочек, развязал его, пересчитал монеты и со вздохом протянул Игнату.

— Не густо, — проговорил маг, взвесив в руке кошель.

— Должно хватить, — ответил наёмник, — Это последние деньги, которые можно свободно тратить. Остальное у меня. И эти тоже старайтесь не спустить полностью, купите только самое необходимое. Я на вас рассчитываю. И Драм, не свети лицом лишний раз, городу ни к чему знать, что тёмный эльф был в лавке, где можно купить яд.

— А мне ни к чему быть повешенным. — Прохладно отозвался эльф, накидывая на лицо капюшон.

Маг и тёмный эльф бодро зашагали по оживлённым улицам утреннего Дракенталя, выбирая самые, по словам Игната, безлюдные маршруты. Однако и эти места просто кишели людьми, поэтому Драм старался смотреть ровно в спину юноши, дабы не потерять его из виду. С позиции этельдиара город пах довольно странно и неприятно. Воздух в подземных городах тёмных эльфов имели лишь лёгкий плеснево-грибной запах, который к тому же, из-за почти неподвижного воздуха, можно было почуять лишь находясь в непосредственной близости с его источником, например, на кухне. Ведь помимо самих грибов, составлявших добрую половину рациона жителей подземелий, такой запах имело и мясо сквойлов, которое составляло вторую половину. Изредка можно было почувствовать аромат духов представителей знатных семей, и на общем фоне он всегда бил в нос, оповещая об их присутствии, а также давал понять, какой семье принадлежит его обладатель.

Но шумный дневной Дракенталь поражал эльфа буйством разнородных запахов: от невыносимого смрада ночных горшков, время от времени острым шилом впивавшимся в нос, до уютного аромата свежевыпеченного хлеба, достигавшего Драма, когда они проходили мимо булочной, и пробуждавшего в нём аппетит, хотя, позавтракав утром он обычно не чувствовал голода до самого вечера. «Видимо, это объясняет такое количество толстяков вокруг» — подумалось эльфу и он едва заметно улыбнулся. Увы, прочие «ароматы» не находили в душе подобного отклика. Запахи лошадиного навоза и подгнившего от времени дерева, рыбьих потрохов и курившихся где-то благовоний, прогорклого жира и крови из мясных лавок и дыма из кузниц — Драм достаточно бывал на поверхности, чтобы определить некоторые запахи, но недостаточно, чтобы определить все. Но самым пахучим элементом города оставались люди и эльф содрогался, когда прохожие один за другим проходили близко от него. Отвратительная вонь застарелого пота, которой, вероятно, жители города привыкли и не замечали, дополнялась тошнотворным запахом изо рта, который от мимо проходящего человека могло учуять лишь острое обоняние Драма. Время от времени добавлялись и другие резкие нотки, но определить их эльф не мог, да и не желал думать, откуда они брались.