Книга Пыль дорог и стали звон, страница 123 – Илья Карпов

Плечистый кузнец вошёл в дом с лопатой на плече.

— Я похоронил его там, где ты и сказала, под тем деревом. Здравствуй, инквизитор, вижу, тебе уже легче.

— Хорошо. Теперь остаётся лишь уповать на волю великой Матери.

— Ты не выглядишь расстроенной его смертью. — Заметил инквизитор. Он успел подняться на ноги и оглядеть помещение в поисках своего оружия. — Где мой молот?

— Под кроватью. — Коротко ответила Изра и добавила после непродолжительной паузы. — Поверь, потеря Йорена огорчает моё сердце. Но великая Мать учит, что ничто не исчезает навсегда, лишь переходит в иную форму. Я услышу его голос в журчании ручья и шелесте листвы, он будет развевать мои волосы потоками ветра и согревать тёплыми лучами летнего солнца.

Грегорион вернул молот на его законное место и направился к двери.

— Мы тоже собираемся уходить. — Сказал кузнец. — Я не пропаду, вокруг местечек полно, кузнец завсегда найдёт работу. А Изра… Да, куда ты отправишься?

— Отныне мой дом — леса. Великая Мать укажет мне путь, даст кров и пищу. Здесь меня больше ничего не держит. Эти люди отплатили злом за добро. И пока что я вообще не хочу жить среди людей. Возможно, в будущем, когда я стану страшной старой ведьмой. — Девушка встряхнула рыжими волосами и засмеялась.

Инквизитор направился к выходу, но был окликнут у самой двери.

— Постой. — Изра подошла к Грегориону, отчего тот почувствовал отчётливый травяной запах. — Это тебе. В благодарность. — Она протянула ему свитый из веточек причудливый предмет на верёвочке, напоминающий человеческую фигуру в круге.

— Оберег Великой Матери. — Девушка ответила на вопросительный взгляд инквизитора. — Я знаю, ты служишь другим богам, но куда бы ни занесла тебя судьба, там, где есть хотя бы один росток, хотя бы единственная травинка, Великая Мать не оставит тебя. Лишь сохрани его у сердца.

— Я сохраню его. — Грегорион надел оберег на шею и заправил в рубашку, после чего добавил. — Спасибо.

Грегорион Нокс покидал деревню Белый ручей, ощущая душевное спокойствие. Он сумел не только сохранить невинную жизнь, он смог сохранить себя. И теперь инквизитор мог продолжить свой путь на запад, изредка подгоняя лошадь, когда вновь увидит сгущающиеся тучи.

Архимаг Вингевельд уже несколько дней как прибыл на Миррдаэн (Mhyrrdaen), а точнее на один из трёх больших островов, Когг Мирр, который вкупе с двумя другими Адд Мирром и Эймхом, составляли то, что жители материковой Энгаты называли Миррдаэном. Разумеется, эти три скалистых куска суши окружало множество прочих островов, некоторые из которых представляли собой лишь скалы, торчащие из воды, а другие вполне использовались, чтобы пополнить запасы пресной воды. Жители Миррдаэна слыли превосходными мореходами, во что несложно поверить, учитывая, что единственным сообщением с большой землёй были воды неспокойного Закатного моря, особенно опасные огромным количеством подводных скал. Так что даже аккантийские торговцы, направлявшие свои гружёные пряностями и тканями суда на север, не гнушались пользоваться услугами миррдаэнских провожатых, которых они подбирали на самом южном островке — Малом Ангилате, а высаживали на самом северном — Стылом Огге. Этот клочок суши проезжал и Архимаг. Вингевельд старался держаться скрытно. То есть матросы, конечно, знали, что на корабле едет какая-то большая шишка из Академии, но о том, что это сам архимаг, они даже и не догадывались. Вообще, это их и не интересовало, ведь за ту сумму, что была ему заплачена, старый капитан недолюбливавший магов, но истово любивший серебро, был готов принять на борт хоть чёрта в ступе.