Онлайн книга «Цена власти»
|
Рия запнулась и опустила взгляд. — Эй, послушай, — Игнат положил ладонь ей на щёку. — Мы победим. Обязательно победим. И вызволим старика Карла из заточения. И пусть король хоть обопьётся своими эликсирами, пусть хоть из ушей льются, от острого меча ни одно зелье не спасёт. Да, Таринор? Наёмник лишь молча и с неохотой кивнул. — Слушай, а эта гнома… — Игнат вновь обратился к девушке, — … или гномиха… Уж не знаю, как правильно звать гномов-женщин. Тебе нужно ей в чём-то помогать? Или?.. — Если ты думаешь, что я пришла сюда, чтобы пилить доски и забивать гвозди, то ты ещё больший дурачок, чем я тебя запомнила, — засмеялась Рия. — Нет, госпожа Фрида чудесная женщина и прекрасно понимает, зачем я сюда пришла. К тому же за всё то время, что я провела в мастерской, мы обе успели понять, что работа с деревом — не моё. Мне куда лучше удавалось выхаживать больных. К слову, расскажи-ка, что у тебя с лицом и кто накладывал шов. Я бы взяла у него пару уроков… Весь оставшийся день Игнат и Рия не отходили друг от друга дальше, чем на несколько шагов. Таринор даже раздобыл для них отдельную палатку, отметив, что теперь спать будет намного просторнее, ведь прежде им приходилось ютиться там втроём. Правда, он едва не сказал «вчетвером», но вовремя осёкся. Рие пока не стоит знать о Миране, особенно после всего того, что сделал дом Рейнаров. Впрочем, его величество, кажется, уже может поспорить с ними в количестве бед, причинённых семейству Эльдштернов. Но этим вечером все несчастья и всё зло мира остались за пределами плотно занавешенной палатки, которую Игнат предусмотрительно поставил подальше от прочих. А после, совсем обессилившие, они лежали под бесконечным небом, высунув из палатки только головы, и наблюдали, как в темнеющей вышине одна за другой вспыхивали звёзды. Игнат рассказывал о битве с некромантом, о жертве Маркуса, о мудрой матушке Энневен и странной девушке Изре… Даже о кузнеце, которому помог выковать нож в магическом пламени. И, наконец, о том, как хоронил своего учителя, вернувшись в Высокий дом. — Видела бы ты то дерево, — вздохнул Игнат. — Огромный красивый клён… Сейчас, наверное, весь в рыжих листьях, будто объятый пламенем. Папаша бы точно оценил. Вот бы вернуться туда и посмотреть… — Обязательно вернёмся, — шепнула Рия, прижавшись к магу. — Но сейчас мне не нужно никаких других мест, кроме этой палатки. Игнат улыбнулся и мечтательно проговорил: — Если и есть миг, в котором я хотел бы остаться навсегда, то это, наверное, он. Здесь, сейчас, с тобой — и больше ничего… Где-то вдалеке стихала лагерная суета. Засыпали аккантийские солдаты, ёжась от осеннего холода Энгаты. Клевали носом караульные. Кондотьер Эмилио Сфорца незаметно погружался в неспокойный сон, в котором не переставал обдумывать стратегию. И, словно тихий островок надежды среди океана невзгод, засыпали двое влюблённых. Игнату снилось, будто они с Рией счастливо живут вместе, настоящей семьёй, которой у него никогда не было. Что в их светлом доме всегда вкусно пахнет свежим хлебом и часто звучит радостный смех. Что они принимают гостей: Карла и Дунгара, Таринора, Драма и… Маркуса. Сон окрасился цветами светлой грусти. «Ты справишься, — звучал голос папаши. — Ты обязательно справишься.» |